Я оглядываю уютное кухонное пространство, но пульс у меня все еще частит от встречи с той ядовитой женщиной. Мне хотелось бы побродить по дому Бена – наверняка и в остальных комнатах так же спокойно и здорово, как здесь, – но я уважаю его частную жизнь и остаюсь в кухне. А когда приканчиваю большую миску ароматного, горячего домашнего минестроне, меня уже не так трясет, и я чувствую, что почти успокоилась и готова вернуться на работу.
После обеда в садовом центре уже нет такого наплыва посетителей, и я возвращаюсь к своим семенам, в благословенную тишину теплицы. Заходит Джез посмотреть, как у меня дела, и подтверждает, что да, у ворот еще толчется пара-тройка журналистов. Я жалею, что не могу остаться в этой тишине навсегда. В четыре часа дня на садовый центр опускаются сумерки, и мне приходится зажечь галогеновые лампы, чтобы разглядеть, что я делаю. Но, увы, время закрытия «Моретти» приближается неумолимо, и мне тоже пора собираться домой.
У меня учащается пульс, стоит мне только представить эту дорогу домой. Можно, конечно, вызвать сюда такси, но у меня нет больше лишних денег, да и вообще, если и дальше так бросаться ими на транспорт, то стоит ли в принципе на работу ходить? Можно попросить Бена, чтобы подбросил меня до дома, но он и так уже столько для меня сделал, что я боюсь стать ему обузой. Однако оказалось, что волнения были зряшними. Когда я выхожу во двор, он уже стоит там, рядом со своим грузовичком, и при виде меня машет рукой.
– Запрыгивай, отвезу тебя домой.
Вежливость требует отклонить его предложение, но страх заставляет меня, испустив вздох облегчения, нырнуть к нему в машину.
– Спасибо, Бен. – Вытягиваю из фиксатора ремень безопасности и пристегиваюсь.
– Надеюсь, ты не думаешь, что я собирался отдать тебя на растерзание этой толпе?
– Значит, они еще там? Мне не хватило смелости поглядеть.
– К сожалению, да. – Босс заводит мотор, зажигает фары и едет к воротам.
– Значит, и перед моим домом тоже…
– Я могу проводить тебя до самых дверей, если хочешь, – предлагает Бен.
– Нет-нет, я сама справлюсь. Просто высади меня у дома, и это будет замечательно.
– На месте решим. Кстати, я тут подумал, может, тебе отстегнуться и снова спрятаться?
– Отличная идея. – Я делаю, как предлагает босс, а заодно беру себя в руки, ожидая услышать стук и град вопросов.
– Готовься, – говорит Бен.
Двигатель рычит, когда он жмет на газ и на полной скорости выскакивает из ворот на улицу. Я слышу скрип тормозов и ладонями упираюсь в то место, куда передний пассажир обычно упирается ногами. Снаружи кричат, салон на миг озаряет фотовспышка.
– Вот это было здорово, – говорит босс. – Давненько я так не ездил, с тех самых пор, когда мне было семнадцать и я пытался произвести впечатление на Мари Филипс. Всё, можешь вылезать.
Я снова влезаю на пассажирское кресло.
– Мари Филипс?
– В одной школе со мной училась.
– И как, помогло? Она впечатлилась?
– Нет. Влюбилась в двадцатидвухлетнего автомеханика из Финчли. Какие у меня против него были шансы?
Остаток пути мы проводим в дружеском молчании. Я то и дело бросаю взгляд в боковое зеркало, убеждаясь, что за нами никто не едет. Хотя, может быть, и едет – машин на улице столько, что я просто не могу понять, преследует ли какая-нибудь из них нас или нет. Трудно сказать.
Когда мы сворачиваем на мою улочку, я вся цепенею от напряжения. И не зря: журналисты, словно никуда не уходили, тусуются у моей калитки. Не знаю, чего они дожидаются? Говорить я с ними все равно не буду, так что шли бы лучше по домам.
Бен сбрасывает скорость.
– Можешь перекантоваться у меня, если хочешь. Гостевая кровать очень удобная.
– Да нет, не надо, – говорю я. – Но все равно спасибо.
– Понимаешь, я не смогу подобрать тебя завтра утром. Важная встреча в банке.
– Всё в порядке, Бен. Я и не жду, что ты теперь будешь все время возить меня туда-обратно. Сегодня ты меня просто спас, но все же один раз я с ними справилась, значит, справлюсь и еще раз. – А вот это уже наглая ложь. Одна мысль о том, чтобы идти завтра на работу одной, с этой толпой, преследующей меня по пятам, приводит меня буквально в ужас.
– Оставайся дома, если будет тяжело, мы справимся. – Босс смотрит мне прямо в глаза, давая понять, что это сказано серьезно.
– Спасибо, но я лучше приду на работу. – Теперь мы прямо напротив моего дома, и журналисты окружают машину Бена, как зомби, изголодавшиеся по человеческой плоти.
– Ну вот и приехали, – говорю я почти весело, хотя на самом деле ничего такого не чувствую. И набираю побольше воздуха, готовясь к худшему.
– Удачи тебе, Тесс.
– Спасибо, Бен. Ты так добр ко мне… И тебе удачи на завтра. – Открываю дверцу машины и пру через толпу напролом.
– Кто это там, в машине, Тесса? Ваш начальник?
– Вы с ним заодно, Тесса?
– Он ваш бойфренд?
– Это он помог вам похитить мальчика?
Наконец я оказываюсь за дверью. Дома. Надо, наверное, что-то съесть, но ведь в магазин-то я так и не сходила. Поднимаюсь на второй этаж, натягиваю пижаму и падаю в кровать, слишком усталая, чтобы что-то делать. Даже думать и то нет сил. Глаза закрываются сами.
