Тайная семья полностью

— Хорошо, обещаю. — Вот так просто! Сдался он перед главным блюдом — стейком из вырезки, который заказывал он, и котлетой из лосося для нее, и Мириам ощутила, как внутри ее развернулось что-то тугое и жесткое, какое-то подсознательное, оглушающее напряжение, которое нарастало, пока не начало ощущаться как нечто вечное. Она едва ощущала вкус еды и не заметила, как опустела бутылка. Роланд расплатился, но она не обратила внимания и на это. — Куда теперь? — спросил он.

— Ты по-прежнему снимаешь здесь номер? — ответа она вопросом на вопрос.

— Да. — Она уловила короткое придыхание в его словах.

— И он вполне безопасен? Ты уверен, что никто, гм…

— Я сплю там. Никаких мин-ловушек. А ты хотела бы…

— Да. — Она понимала, что это не вполне удачная мысль, но ее это не заботило — по крайней мере сейчас. Что ее волновало, когда она накинула жакет и позволила Роланду взять ее под руку, так это ощущение тепла где-то у копчика и уверенное сознание того, что она может рассчитывать лишь на эту ночь. Дальше начиналась область призрачных возможностей.

Назад к своим апартаментам в перестроенном складе, не слишком далеко от ресторана, он ехал очень осторожно. Мириам откинулась на спинку сиденья «ягуара», продолжая искоса наблюдать за ним с пассажирского места.

— Вот мы и приехали, — сказал он, медленно въезжая в подземный гараж. — Ты уверена? — спросил он, выключая двигатель.

Она наклонилась вперед и осторожно прикусила его нижнюю губу.

— А-ай… — Их губы сомкнулись. — Не здесь, — задыхаясь пробормотал он.

— Хорошо. Наверху.

Они проделали путь к лифту, сумев не внести серьезного беспорядка в одежду. Лифт остановился на аккуратной площадке с тремя дверьми. Роланд высвободил руку, чтобы отпереть одну из них, и ввел код в систему охранной сигнализации. Затем они вошли. Он закрыл дверь, набросил цепочку, запер… И тут Мириам энергично занялась им.

— Не здесь!

— Тогда где?

— Там! — Он указал через открытую дверь на гостиную, тускло освещенную старым, семидесятых годов, гелевым светильником, который разукрашивал движущимися узорами оранжевого и красного света диван перед незанавешенным окном.

— Будет исполнено. — Она потащила его туда, и они оба свалились на диван. Фактически Роланд был готов, и Мириам оставалось только заставить себя развернуть презерватив, прежде чем она с жаром набросилась на мужчину. У нее даже не было времени снять с него одежду. Раздвинув ноги, она оседлала его, ощутив его руки у себя под платьем, а затем…

…Час спустя, сидя на унитазе и неудержимо хихикая, она наблюдала, как он принимает душ. Оба были голые, как лягушки, и потные.

— Мы должны прекратить эти эпизодические приключения!

— Что ты сказала?

Она бросила в него рулоном туалетной бумаги.

— Ты слишком несдержанна и агрессивна, — пожаловался он. — Этого нет в «Правилах».

— Ты и это читал?

— У старшей сестры Ольги есть экземпляр. Я украдкой заглянул в него.

— Ах так! — Мириам слезла с унитаза. — Подвинься, ты все делаешь неправильно!

— Я пользуюсь душем многие годы…

— Да, то есть неправильно. Встань. — Она забралась в ванну, оказавшись рядом с ним, и задернула занавеску.

— Эй, послушай, этого в правилах нет!

— А где мыло?

— Оно… нет — ой!

Утро запаздывало. Мириам двигалась вяло, дремотно, ощущая тепло и безопасность и чувствуя себя необъяснимо разбитой. Похоже, что-то было не в порядке с подушкой: она дергалась. Ее охватило напряжение. Оружие! Я взяла его или?..

Память вернулась стремительным броском.

— Твои апартаменты слишком большие, — сказала она.

— То есть?

— Слишком много комнат.

— Что ты имеешь в виду?

Она слегка подвинулась назад и ощутила его ягодицами.

— Нам вполне хватило бы гостиной, ванной и спальни. Но ведь у тебя есть еще и кухня, не забыл? А как насчет черного хода?

— Я… ну… — Он громко зевнул. Она ощутила, как он напрягся. — Нужно сходить в туалет.

— Ох, черт. — Она перевернулась и с некоторой нежностью наблюдала, как он встает. «Ну разве они не забавны по утрам? — подумала она. — Если только…» Затем цепенящее страдание вновь вернулось, поглотив ее. Завтра уже наступило.

«Вот проклятье, — подумала она. — Нельзя провести толком даже одну ночь! Может быть, со мной что-то не так?»

— Ты не против кофе? — спросил он через открытую дверь.

— Да, будь добр, налей. — Она зевнула. Проснуться в постели рядом с ним? Это должно казаться исключительно важной, высшей ценностью, словно первый день ее новой жизни. Но этого не было, и Мириам испугалась — и испытала сильное, горячее желание плюнуть в лицо безымянным сукиным детям, которые делают все это. Она хотела Роланда. Она хотела вечно просыпаться вот таким образом. Она даже подумывала о замужестве и детях, если это касалось его. Но это было неосуществимо; она никогда не пожертвовала бы ребенком, принеся его на алтарь династических предложений Клана. Ромео и Джульетта были просто глупыми, бестолковыми подростками. Меня не проведешь. Не так ли?

Она встала, оделась и отправилась на небольшую кухню Роланда. Он улыбнулся.