— Увы, — улыбнулся капитан, — ну так согласны, а то пилота поберечь бы для парадных высадок и тропических полётов, старенький он и механик затеял переборку карданова подвеса, лучше бы за этим пилоту присмотреть.
— Служу империи, — поклонился Сергей.
— Вот и отлично, господа, — поднял бокал капитан, — в строю воздухоплавателей прибыло, да не истощится же наше число!
Их поставили в одну вахту, благо штурман задал несколько вводных, поглядел, как Эрик прокладывает новый курс и даёт команды пилоту, ничего не сказал и пошёл по своим делам, что было явным одобрением. Второй пилот приглядывал за Сергеем, тот взгромоздился в кресло первого пилота, немного опасливо таращась вниз через обширное застекление: кресло первого пилота как бы парило в воздухе, педалей рулей направления практически не было видно, потому с непривычки дух захватывало. В разговорах, чем истинный курс отличается от магнитного, а компасный от условного, они и провели вахту, Сергей быстро усвоивший, что надо лишь совмещать стрелку компаса с заданным штурманом курсом при помощи всего двух педалей и наблюдать за окружающими облаками, чтобы не натолкнуться на другой дирижабль или гору, весьма порадовался несложному занятию. Впитывая всяческие основы дирижаблевождения, он прекрасно проводил время, в отличие от Эрика, листавшего учебники и таблицы, вспоминавшего давным-давно прочитанные лекции, впрочем, их вахта отклонилась от курса совсем немного, что признали для первого раза неплохим результатом.
К их третьей вахте розьер достиг города Истинполин столицы султаната Кумхуриети, большой и довольно могущественный султанат, часто воевавший с империей и соседями, теперь предпочитал торговлю и производство, благо не преуспел в победах. Жители султаната, хотя были чистыми арапами, считали себя больше жителями Объединённых королевств, даже требовали от султана вхождение в королевства, но королевства, заигрывая с султанатом, принимать такое разношёрстное общество не торопились, пользуясь их качественными товарами, перенося сюда заводы, используя дешёвую рабочую силу. Жители султаната одевались совсем не как арапы, пили, курили, ругались, в общем, делали всё, что запрещено их религией, в очередной раз, получив отказ вступить в королевства, султанат горячо дружил с империей, поэтому требовалось нанести визит султану Абдул-Меджиду III.
Столица располагалась на берегу пролива, считаясь второй Лютецией по красоте, строители из Франкрике сотни лет строили здесь множество зданий, крепостей и мостов, потому целые кварталы здесь напоминали их города. Конечно, здесь всё было немного не так, проходили женщины в цветастых платках, прямо на углу делали кофе, разносили напитки в медном чайнике с длинным носиком за спиной, шаркали тапками с загнутыми носами. Впрочем, последнее время и в Лютеции такого хватало, король даже попытался ограничить въезд в страну, однако там уже осело столько арапов, что даже полиция боится сунуться в некоторые районы города.
Розьер традиционно приводнился в проливе, рейдеры отправились в Воздухоплавательный парк, прибывших встречали тысячи султанских подданных, сотня тяжёлых кавалеристов-спахов и дюжина высокопоставленных сановников во главе с Великим визирем Чандарлы Кара Халил Хайреддин Пашой. По донесениям именно он правил страной, потому как султан больше занимался гаремом и развлечениями, княжну и Эрика усадили в паланкины и долго несли ко дворцу «Сара-и-Джедиде-и-Амире», выглядывая из носилок, советник успел рассмотреть довольно большой, хотя беспорядочный дворец и врата Приветствия. Их внесли во двор и поставили на землю, дальше княжну направили в гарем, а Эрику и сопровождающим предоставили довольно роскошные покои с коврами, мягкими подушками, подносами с фруктами, кувшинами вина, в общем как полагается, вскоре вошёл здешний имперский посол.
— Верить этому визирю не стоит ни на грош, — сказал посол вполголоса, — такой вероломной скотины земля давно не носила, он явно готовит переворот, потому как хочет править сам, очень недоволен сближением с империей, спит и видит, как начнёт победоносную войну.
— Может сократим визит до необходимого минимума, что нам три дня сидеть? — спросил Эрик.
— Боюсь, это и есть необходимый минимум, по протоколу, если бы султан не оказал великую милость, мы проторчали бы ожидая приёма семь дней, а то и десять, — покачал головой посол, — я две недели добивался ускорения приёма.
— Какие-нибудь предписания, обязательные встречи? — спросил Эрик.
— Бумаги все передали, — развёл посол руками, — отдыхайте, сходите в город, если хотите, валиде-султан Айше, мать султана женщина любопытная и болтливая, врядли она отпустит с вами княжну и вообще ей придётся провести всё время во дворце.
— Нам бы с ней поговорить, нас в гарем пустят? — спросил Эрик.
— Разумеется, нет, она может выйти во двор, — усмехнулся посол, — надо подать заявку главному евнуху, он организует.
— Тут надеюсь безопасно? — спросил Эрик, — фрейлины обучены и вооружены, но я бы предпочёл за княжной сам присматривать.
