Он показал на карету, стоявшую рядом с ее собственной. Владимир помог Элис взобраться в экипаж, и лошади тронулись. Милый старина Владимир! Всегда рядом, всегда готов помочь, такой находчивый, изобретательный! Не будь его, они не встретились бы и Алек так и не появился бы на свет. Подумать только, как сильно ненавидела его Кэтрин когда-то!
Дмитрий, проводив взглядом экипаж, обернулся к Кэтрин Глаза, эти темные мрачноватые глаза сейчас светились нежностью.
— Я люблю тебя. Катя. Прошу, стань моей женой.
— Я…
Дмитрий осторожно приложил палец к ее губам:
— Пока ты ничего не сказала, малышка, предупреждаю: если мне придется не по душе твой ответ, я собираюсь снова похитить тебя и малыша, и на этот раз возможности побега не представится!
— Обещаешь?
Испустив радостный вопль, Дмитрий подхватил Кэтрин на руки и закружил, после чего позволил ее телу медленно соскользнуть по своему, и впился в розовые губки жгучим поцелуем, без слов изливая тоску и одиночество, терзавшие его столько месяцев. И, как обычно, поблизости не оказалось ни одной кровати.
Когда карета остановилась у дома Кэтрин, Владимир уже поджидал на крыльце. Дмитрий восторженно стиснул верного слугу в медвежьих объятиях так, что бедняга едва мог дышать.
— Она сказала «да», Владимир!
— Я так и предполагал, ваша светлость. Поздравляю вас и госпожу.
— Спасибо, Владимир, — величественно кивнула Кэтрин. — И не стоит держаться так скованно лишь потому, что я стану вашей новой госпожой. Это еще не означает каких-либо значительных перемен в хозяйстве. Вы ведь уже успели узнать, что я — сама доброта, и кроме того, обещаю сечь всех слуг, включая вас, только по субботам!
Видя, как краска медленно разливается по лицу Владимира, Дмитрий сочувственно хмыкнул и счел нужным вступиться:
— Он не понимает, что ты шутишь. Катя. Впредь тебе стоит с большей осторожностью выбирать выражения.
— Чепуха. Он все прекрасно понимает! Просто совесть его замучила, верно, Владимир?
— Да, барыня.
— Успокойтесь, друг мой, — широко улыбнулась Кэтрин. — Мне, по правде говоря, за многое стоит благодарить вас.
Она вошла в дом, снимая на ходу перчатки и шляпку, и Дмитрий, услышав облегченный вздох слуги, покачал головой и усмехнулся. Будущая жена наведет страху на всех домочадцев! Его люди никогда не будут знать точно, шутит ли она или говорит серьезно, и одно это заставит их постоянно быть начеку. И сообразив, что то же самое относится и к нему, Дмитрий невольно расхохотался. Пусть! Пока она рядом, счастлива и любит его, может шутить и издеваться сколько ее душе угодно!
Обернувшись к Владимиру, Дмитрий велел:
— Герцогиня ожидает меня к обеду. Сообщи ей… нет, лучше привези ее сюда. Как по-твоему, Катя?
Кэтрин немного поморщилась:
— Конечно, но должна предупредить, Дмитрий, что ей могут не понравиться твои новости. Во время нашей первой встречи мы не слишком поладили. Боюсь, я должна признаться, что отказалась позволить ей увидеть Алека, и герцогиня осталась весьма недовольна мною.
— Хочешь сказать, она все знает?
— Нет, только то, что я вернулась домой с сыном. Правда, подозревает, что он твой. Соня написала герцогине и пожаловалась на меня.
— Ах эта старая… — коротко рассмеялся Дмитрий. — Так и знал, что она что-то утаила от меня! Но ты ошибаешься:
Ленора крайне восхищена твоим пылом, как она это называет. И подобно мне, полна решимости добиться, чтобы мы помирились. Теперь я знаю почему. Хочет нянчить первого правнука.
— А, это ты, Кейт! — воскликнул Джордж Сент-Джон, появившийся на верхней площадке. — Мне показалось, что слышу голоса, но я не смог ни слова разобрать из вашей тарабарщины. Снова практикуешься во французском?
— Спускайся, отец. Я хочу познакомить тебя с будущим зятем.
— Русским князем?
— Да.
— Значит, это все-таки он! — удовлетворенно заявил Джордж, довольный собственной проницательностью.
— Совершенно верно.
Кэтрин искоса посмотрела на Дмитрия, опасаясь увидеть, как он раздражен тем, что они говорят по-английски. Но лицо Дмитрия оставалось абсолютно невозмутимым.
— Не понимаю, почему у тебя ушло так много времени на то, чтобы все уладить, — проворчал Джордж, оказавшись внизу. — Я мог бы заполучить его для тебя гораздо скорее.
— Спасибо, но я сама заполучила его, причем без всякой помощи.
— А мне казалось, что это я всячески добивался ее руки! — произнес Дмитрий с прекрасным английским выговором и добавил, обращаясь к Джорджу:
— Рад познакомиться, сэр.
Кэтрин, разъяренно сверкая глазами, набросилась на Дмитрия:
— Ах ты…ты…
— Болван? Злодей? Подлец? О, не забыть еще «проклятый распутник»! Это всего лишь несколько ругательств из тех, которыми ты осыпала меня, думая, что я ни слова по-английски не понимаю!
— Разве я была несправедлива?
— Несправедлива, малышка? Конечно! Зато я искренне забавлялся, когда ты в приступе раздражения начинала бормотать себе под нос.
— Она всегда так, — согласился Джордж. — Унаследовала привычку от своей матери. Вот та могла вести необыкновенно интересные беседы сама с собой!
— Хорошо, сдаюсь, — улыбнулась Кэтрин и, торопясь сменить тему, с надеждой осведомилась:
