К встрече она готовилась тщательно.
Дед учил, что первое впечатление весьма важно, что исправить его почти нереально. А впечатление хотелось произвести благоприятное.
Скромная серая юбка. Белая блузка. Свитерок.
Неудобно, но мило.
Соответствует возрасту.
Прическа.
Никакой косметики. Но дешевенькие часики будут к месту весьма. Татьяна постаралась выглядеть мило. Ничего лишнего. Но никакой бросающейся в глаза бедности и давления на жалость.
Отец оценил.
– И чего ты хочешь? – спросил он, скользнув взглядом по письму. – Денег?
– Помощи.
– Какой?
– Я собираюсь поступать в вуз. В приличный. На медицинский. Меня еще дед учил, вы ведь помните моего деда? – Она нарочно обращалась к нему, как к постороннему человеку, вежливо и холодно. Никаких слез. Никаких попыток броситься на шею. Никаких жалоб и рассказов о несчастном детстве. Исключительно деловой разговор. – Должны помнить…
Отец поморщился.
– Поступить в приличный вуз стоит денег, которых у меня нет.
– У мамки попроси.
– Ей глубоко плевать на мое обучение и на мое будущее. Так что денег она не даст.
– Деточка… – Отец наклонился и вперился в Татьяну взглядом. – А с чего ты решила, что я дам?
– С того, что вряд ли вашим партнерам по бизнесу понравится история о соблазнении малолетки и брошенном ребенке… Вы, кажется, пытаетесь вести дела с иностранцами? А они весьма трепетно относятся к репутации деловых партнеров.
– Мала ты, чтобы мне угрожать!
– Я не угрожаю. Но если серьезно, я предлагаю сделку. Я вам информацию. Вы мне – пятьдесят тысяч…
– Сколько?
– Это вдвое меньше того, что ваша любовница заплатила за устранение вашей жены. Полагаю, взяла она эти деньги не из собственного кармана…
– Деточка…
– Я уже давно не деточка, папуля. – Татьяна позволила себе быть резкой. – Пришлось рано повзрослеть! Ты ведь не думаешь, что Марина отступится? Она же тебя к стене прижала с женитьбой. Ты думал, она блонди, у которой вместо мозгов завивка, а она слушала. Смотрела. Собрала компроматик, не смертельный, нет, но такой, что доставит немало проблем, попади он в нужные руки. А если пошлешь Маринку, компроматик всенепременно такие руки найдет.
Пожалуй, впервые в пустых глазах отца промелькнуло что-то, похожее на интерес.
– А ты зубастая!
– Пришлось. – Татьяна перестала улыбаться. – Что она предложила? Сделку? Бизнес пополам? Хотя плевать ей на бизнес. Она в нем ни черта не понимает. А вот положение состоятельной замужней дамы – это иное… И ты готов пойти навстречу. Вот только подумай, вдовцом она тебя сделала. Что помешает сделать вдовой себя?
Татьяна замолчала, позволяя собеседнику осмыслить услышанное.
Нет, с ходу он ей не поверил.
Танька на его месте тоже в жизни не поверила бы, но призадумалась. Инстинкты у таких вот хищников обострены, и не может он не чуять, что не так проста Мариночка, какой казалась. Тем более после того, как шантажировать вздумала.
– Выкладывай.
– А деньги?
– Деточка, не наглей!
– Папуля, я-то и без твоих денег как-нибудь обойдусь. До сих пор же жила, а вот ты без меня вряд ли долго протянешь. – Татьяна улыбнулась, как можно более мило. – Так что тебе решать…
Он хмыкнул.
И чековую книжку вытащил.
– Надеюсь, за наличкой не погонишь?
– Надеюсь, чек ты не отменишь, – в тон ответила Татьяна, и отец рассмеялся.
– А ты и вправду моя дочь… Жаль, что так вышло. – Правда ни тени сожаления в голосе его Татьяна не услышала. – Остальные… Гошка мягкотелый. У Варьки голова тряпьем забита. Женька мнит себя умной, но умный дурак хуже обыкновенного. А с тобой можно дело иметь… Рассказывай.
Татьяна и рассказала.
Открыто. Откровенно.
– Вот. – Она вытащила из сумочки кассету. – Как-то я записала их разговоры… Думаю, будет интересно. Вот и вещички кое-какие, они выбрасывали бумажники, но мусор выносила я. Там и отпечатки имеются. Мариночкины в том числе.
– А отрава?
– Увы, с этим не ко мне. Но телефончик Райки я подсказать могу…
– Что ж. – Пакет с доказательствами отец подвинул к себе. – Не боишься, что я и мамашу твою посажу?
Танька фыркнула:
– Думаю, вы вообще никого не посадите. Это не выгодно. Маринку прижмете, но и только… Будет сидеть на коротком поводке. А дело… Доказательства эти любой нормальный адвокат мигом разнесет. И вы это понимаете. Но чтобы надавить, сгодятся… Вообще, я бы ее выгнала, но, боюсь, что вы на это не пойдете. Маринка и вправду знает слишком много про ваш бизнес. Поэтому…
– Умная девочка. – Эта искренняя похвала была неожиданно приятна. Возможно, потому, что раньше не находилось человека, который и вправду оценил бы Танечкин ум. Стервой называли. Тварью. А вот умной – никогда. – Ты все правильно поняла. Надеюсь, и сейчас поймешь правильно. Ты, конечно, мне дочь и все такое, но, я надеюсь, этим фактом ты злоупотреблять не станешь. Будем считать, что задолженность по алиментам я выплатил.
Чек Танька спрятала в рукав.
– Ты сейчас выйдешь и сделаешь так, чтобы больше я о тебе не слышал.
– Конечно.
– Вот и умница. И Гошку в покое оставь. Нечего в его пустую голову свои мысли вкладывать.
