Таня принесла из холодильника литровую бутылку с белой пластиковой пробкой, примотанной к горлышку проволокой, торжественно водрузила в центр стола и спросила:
– Ваняшка, наверное, спросить у нас чего хочешь?
Я покосился на джем, медленно расползавшийся по розетке, передернулся и не выдержал:
– Прости, Таня, не хочу есть.
В глазах ее заплескалось невероятное изумление.
– Не любишь оладьи?
– Попробуй, Ваня, Таняха лучше всех блины печет, – подал голос Илья.
– Не могу смотреть на варенье из мозга, – признался я. – Похоже, у несчастного животного случился инсульт, от которого оно и скончалось. Я не патологоанатом, но эти темные сгустки похожи на кровоизлияние.
Таня посмотрела на Илью.
– Что это с Ваняшкой?
– Не знаю, – занервничал муж. – Эй, братан, никак ты заболел?
– Читает слишком много, – вздохнула Таня, – голова совсем не отдыхает. Ваняшка, жить надо иначе. Ты прям конем пашешь: утром встал, по-людски не поел, горячего не похлебал и сразу в кабинете закрылся, а потом вон уехал, и до ночи тебя дома нет. А назад затемно вернешься, чаем надуешься и снова бумагой за столом шуршишь или сидишь, в книгу нос уткнув. Извини, коли не в свое дело лезу, но ты еще пьешь. Прячешься, правда, при родичах бутылку не вытаскиваешь, но я из кабинета со столика у кресла который день подряд здоровенный пузатый бокал убираю. Жениться тебе надо, детей завести, тогда по-другому жизнь потечет, счастливо. После службы ребятишками займешься, модели клеить станете, головоломки из кусочков собирать. Правда, коробки с ними дорогущие, но их надолго хватает – Илюха с Полиной громадную картину целый год складывали, теперь живопись у нас на стене в гостиной висит, быт украшает. По выходным на рынок с бабой за продуктами пойдете. Вечером детей теще сдадите, а сами в кинушку, попкорну там возьмете, пивка… Ваняшка, жизнь должна течь радостно, а у тебя одна маета. Вот уеду я домой, кто о тебе позаботится? Домработница? Так она чужой человек. Подумай, как умирать будешь? Не по-людски получится. Надо, чтобы все у кровати встали, простились, поплакали, потом помянули. У нашей соседки дочка молодая, здоровая, красивая и не замужем. Хочешь, сосватаю? Знаю девочку с детства – честная, хозяйка умелая, приданое за ней хорошее, семья обеспеченная, магазин на шоссе держат.
Ко мне вернулся дар речи.
– Таня, я не алкоголик, просто люблю перед сном насладиться малой толикой коньяка.
– Стакан здоровенный, – уперлась она, – туда полбутылки влезает.
Я решил не объяснять ей, что благородный напиток в объеме примерно тридцати миллилитров наливают на дно фужера особой пузатой формы, а потом медленно потягивают, согревая его в ладонях. Просто повторил:
– Не стану есть варенье из мозга кота.
Татьяна округлила глаза.
– Чего так? Вкусно же. Может, хочешь другое попробовать?
Она встала, вынула из холодильника другую банку и протянула мне.
– Вот.
Я машинально взял склянку и чуть не выронил ее, увидев этикетку: «Джем из мозга сурка».
– Ну, вскрывай, – поторопила Таня, – подними крышку. Здесь еще корица и изюм.
– От кота лучше, – скривился Илья. – От сурка очень на начинку для пирога похоже, невкусно совсем.
– Зато Полинке нравится, – возразила Таня. – А тебе от сурка и не предлагаю. Но если Ваняшке кот не нравится, может, ему от сурка хорошо станет.
– Никогда! – бурно отреагировал я. – Умирать с голода стану, но не прикоснусь к…
Слова закончились, я замолчал.
– Да почему? – заморгала Таня. – Объясни, что не так?
– Аллергия? – спросил Илья. – Бывает. А на что?
– Небось на землянику, – предположила Таня. – Или на малину. Обычно от красного пятнами покрываются, на антоновку такого не случается. Хотя там же еще голубика. От чего ты, Ваняшка, чешешься? От какой ягоды?
– Спокойно ем клубнику и всех ее родственников, – ответил я. – Но к мозгу не прикоснусь.
– Ваняшка, там малина, опаданка, земляника, голубика и антоновка, – нараспев произнесла Таня. – Чего тебе не нравится?
– Где? – не понял я.
– В джеме. Туда много вкусного напихано.
Я выдохнул.
– Варенье – микс из ягод?
– Никакого микса нет, – отрезала Танюша – Только, повторяю, малина, опаданка, земляника, голубика, антоновка. Получается мозга́ или мо́зга, кто как говорит.
– Аббревиатура, – наконец-то догадался я. – А при чем здесь кот?
– Вареньице первым дядя Миша Кот придумал, – засмеялась Татьяна, – когда у него море опаданки уродилось. С тех пор в Богдановске стали джем из мозга по рецепту Кота варить. Народ рецепт улучшать затеял, но не очень вкусно получалось. Одни сливу добавляли, другие вишню – нет, не тот вкус. Варька вообще тыкву запихнула. Брр! Сейчас в Богдановске осталось два варианта. Один Кота, он самый ходовой, другой Ленка Суркова изобрела – там ягоды, как у Кота, но она еще корицу с изюмом подкладывает. Оригинальненько. Полинке нравится, а Илюхе нет. Завсегда делаю оба рецепта и подписываю, чтоб не перепутать: «Варенье из мозга Кота» или «Джем из мозга Сурка». Ленку в Богдановске Сурком кличут, по фамилии. Попробуй, не отворачивай сразу нос. Нельзя разобрать вкус вприглядку.
Я откинулся на спинку стула и сказал:
