– Люди ведь и от насморка умирают… Вы же образованный человек, понимаете, что нет таких болезней, про которые можно сказать: «Абсолютно все встанут на ноги». В вашем случае очень важен положительный настрой. Ребенок считывает эмоции взрослых и, почувствовав испуг родных, может удариться в панику. Думайте о хорошем. Пусть Полина возьмет с собой айпад, а вот свидания с ней теперь будут проходить через стекло, – одна стена там прозрачная.
Попрощавшись с доктором, я нашел палату, в которой лежал Марков, и спросил у мальчиков:
– Где сестра Егора?
– К холодильнику пошла, – хором ответили дети.
Я незамедлительно двинулся к пищеблоку. В небольшой комнатушке увидел донельзя размалеванную девицу лет двадцати и задал ей вопрос:
– Это вы гадаете по руке?
– И че? – прищурилась «красавица».
– Немедленно прекратите заниматься глупостями! – потребовал я. – Иначе…
– Чего? – заржала мерзавка. – Ну и че ты сделаешь-то? Че тебе ваще-то надо? Чего быкуешь?
У меня потемнело в глазах. Я схватил мерзавку за плечи, прижал к стене, пару раз крепко встряхнул и прошипел:
– А ниче! Услышу еще раз, что ты предсказываешь больным смерть, засуну башкой в сортир и замочу. Вы поняли, мадам, перспективу?
– Ой, дяденька, отпустите! – захныкало чудовище. – Больше не буду-у-у-у!
Я опомнился, разжал трясущиеся руки и покинул комнату.
В лифте мне стало стыдно. Господи, Иван Павлович, как ты мог напасть на девушку да еще пообещать замочить ее в сортире?
Ругая себя на все лады, я добрался до машины. Открыл дверь, услышал громкий вскрик, оглянулся и увидел лежащую на асфальте пожилую даму в светло-бежевом пальто с розовым шарфом. Чуть поодаль валялась дорогущая сумочка, продав которую среднестатистическая российская семья спокойно могла бы прожить около года.
Я бросился на помощь к потерпевшей бедствие.
– Вы ушиблись?
– Вроде нет, – ответила незнакомка, – у меня ничего не болит. Не понимаю, почему я упала? Спокойно шла к метро, и вдруг – раз! – правая нога подвернулась. Сделайте любезность, помогите мне встать.
Я осторожно придал пострадавшей вертикальное положение и попросил:
– Попробуйте сделать шаг.
– Как вас зовут? – поинтересовалась она, не двигаясь с места.
– Иван Павлович Подушкин, – представился я.
– Стефания Теодоровна Гусева, – улыбнулась дама. – Рада знакомству, хотя оно произошло не при самых приятных обстоятельствах. Итак, я попытаюсь двинуться вперед. Разрешите опереться на ваш локоть? Раз…
Стефания Теодоровна покачнулась, начала заваливаться, но я успел удержать ее и предложил:
– В ста метрах отсюда вход в медцентр. Давайте зайдем туда.
– Нет-нет! – возразила дама. – От сей больницы лучше держаться подальше, я там сегодня уже натерпелась страха. Понимаете, пошла на прошлой неделе в институт красоты – хотела родинку над губой удалить, а косметолог велела сначала ее онкологу показать. Я чуть от страха не умерла, пока в очереди сидела! Слава богу, ничего плохого у меня нет, но больше я в это медучреждение входить не желаю. И голова у меня совсем не кружится, и сердце не болит, полный порядок со здоровьем.
– Это хорошо, – обрадовался я. – Но почему тогда вы теряете равновесие?
– У меня такое странное ощущение, – пробормотала Стефания Теодоровна, – будто правая нога стала короче левой, причем намного.
Я наклонился, посмотрел на лаковые сапожки, в которые была обута дама, и рассмеялся.
– Что там забавного? – поинтересовалась Гусева.
– Вы сломали каблук, он отвалился от подошвы, – пояснил я. – Не очень хорошая новость, но в данном случае радостная. Лучше поплатиться обувью, чем здоровьем.
– Ну и ну! Всего месяц назад я купила ботильоны в фирменном магазине, а они такие непрочные оказались! – возмутилась моя новая знакомая. – Никогда ранее не имела проблем с данным брендом. Однако все на свете портится, вот и итальянские обувщики схалтурили. Можно вас попросить еще об одном одолжении? Проводите меня до метро.
– Вы не сможете воспользоваться подземкой, – возразил я. – Как пойдете по ступенькам, переходам?
– На цыпочках! – заявила Стефания Теодоровна.
– У вас есть кто-нибудь из близких? – осведомился я.
– Полный дом, – махнула рукой Гусева.
– Можно позвонить им. А мы в кафе подождем, пока за вами приедут, – предложил я.
– Ой! Ни в коем случае! – испугалась дама. – Видите ли, Иван Павлович, я ни одной душе не сообщила, куда отправилась. Соврала, что хочу пойти к косметологу, а потом пробежаться по магазинам. Игорь с невесткой, услышав название медцентра, испугаются, Кирилл за сердце схватится. Сыновья меня обожают, Вера с меня пылинки сдувает. Бесполезно потом говорить, что все в порядке и я не больна. Дети себя до инфаркта доведут!
– Давайте я сам отвезу вас домой, – предложил я.
– Ой! Здорово! – по-детски обрадовалась пожилая дама. И тут же спохватилась: – А вы не заняты?
– Нет, – улыбнулся я.
– Боже, вот мне повезло! – захлопала в ладоши Гусева. – А где ваш автомобиль?
Я подвел Стефанию Теодоровну к машине.
