– Значит, это все-таки Алан! – тихонько воскликнула она. – Mальчишка! Зачем же ты выдавала его за девочку?
Флора только глазами сверкнула, пытаясь прийти в себя после бурной схватки. Каждую минуту ожидая нападения – глаза Флоры горели таким опасным огнем, – Марина попробовала вразумить ее:
– Только кинься на меня, и я подниму такой крик, что сюда мигом сбегутся люди! И все узнают, что это – отнюдь не девочка!
При этих словах Флора бессильно опустила веки, словно признавая свое поражение, и ручейки слез медленно потекли из-под ресниц.
Марина смотрела на нее, растерянно хлопая глазами и чувствуя себя дурой. Впрочем, это, кажется, становилось ее обычным состоянием. Ну можно ли так убиваться из-за того, что люди узнают: у тебя не дочь, а сын? Вроде бы, наоборот, мальчик – обычно большая гордость для матери и отца. Для отца… Для мистера Джаспера, значит, который считается законным отцом ребеночка. А вот интересно, он-то знает истину, или добрая любовница морочит его так же, как всех остальных, уверяя, что у них родился не Алан, а Элен? Алан, Элен… до чего похожи имена, похожи…
Марина даже зажмурилась от напряжения: какая-то мысль мелькнула в голове, но поймать ее не удалось. Что-то было связано с этим именем – Алан. Нет, не вспомнить!
– Отдайте мне ребенка, миледи, – тихонько всхлипнула Флора. – Это сыночек моей подруги, и ежели она до утра хватится малыша, то с ума сойдет, не увидевши его на месте.
– Ого! – сделала большие глаза Марина. – Стало быть, ты берешь малыша без спросу?! Ну и ну! Зачем же, позволь тебя спросить? Что за причуда – нарядить его черт-те как и пустить бегать перед замком? И не первый же раз – я этого «брауни» уже и прежде видела… Ну-ну, тихо, – обратилась она к малышу, вдруг снова захныкавшему: наверное, его обеспокоили угрожающие нотки в ее голосе. – Ну, ну, Алан, мой ма…
Голос ее прервался, и она замерла, уставившись на Флору, потрясенная воспоминанием.
В это мгновение Флора с силой толкнула ее, одновременно выхватывая из рук ребенка. Не удержавшись на ногах, Марина опрокинулась навзничь, а Флора схватила ребенка и бросилась наутек.
Марина села и покачала головой. Да, она вспомнила!
Ночь, луна, темный комочек резвится на лужайке, а Урсула умоляет Гвендолин быть осторожнее – ради Алана.
Все понятно! Не ради какой-то безумной, необъяснимой прихоти приводила Флора крошечного ребенка ночью к замку и пускала его черт-те в каком виде бегать туда-сюда. Его должна была увидеть Гвендолин, заточенная в башне. И Флора решила скрасить ей жизнь, показав сына.
О, разумеется! «Вспомни, чей он сын!» – сказала тогда Урсула. Значит, этой безумной даме известно куда больше, чем она признает. Не так уж, получается, безумна Урсула. Во всяком случае, у нее хватило здравого смысла проникнуть в тайну Гвендолин, узнать, где содержат узницу, поддерживать ее, а потом, после необъяснимого исчезновения, мастерски отвести глаза Марине, которая задавала ненужные вопросы. Леди Элинор, которой вскрыли вены! Чушь, очень хитрая чушь. Наверняка Урсула знала, куда исчезла Гвендолин. Может быть, она сама помогла ей бежать? Хотя нет. Тогда Флора знала бы о том, что Гвендолин пропала, и не привела бы сюда Алана нынче ночью. Неужели Флора до сих пор пребывает в уверенности, что Гвендолин ждет появления своего сына? Почему Урсула не предупредила ее?
А кстати, каким образом Урсула проникла в тайну Гвендолин? Скорее всего, ей сказал Джаспер. Брат и сестра, по всему видно, дружны, и уж наверняка после смерти Алистера Джаспер мог шепнуть Урсуле, что был свидетелем его тайного венчания…
У Марины перехватило дыхание от новой поразительной догадки.
О боже ты мой! Да ведь Гвендолин родила в монастыре не дочь. Она родила сына. Алана Мак-кола.
Лорда Алана Маккола!
Марина не помнила, как вернулась в свою комнату и села перед камином. Она решила, что надо еще раз пробраться в башню. Не может быть, чтобы там не осталось никаких следов пребывания Гвендолин. В прошлый раз Марина их просто не нашла. А теперь найдет.
Впрочем, сейчас ей это не удастся сделать. Единственный путь, которым можно туда попасть, – из комнаты Джаспера. Но не явишься ведь среди ночи в спальню холостого мужчины, пусть даже как бы и родственника, и не станешь впотьмах шарить по стенам! Что она ответит, если Джаспер проснется и поднимет шум? «Я ищу тайный ход в башню, где содержали и мучили тайную жену вашего племянника, мать юного лорда, которого вы со своей любовницей почему-то прячете от всего света, и сестрица ваша в том вам оказывает поддержку…»
И вдруг настигла Марину такая мысль, что до костей пробрал озноб, и жар камина не помог.
