– Пока не представляю, и так как в больнице нет своего пластического хирурга, я периодически помогаю. Благотворительность такая. – Она развела руками. – Я приехала сразу, потому что мне описали всю сложность случая. – Женщина помолчала. – Мы смогли удалить повязки и просто прибываем в шоке. Но, я не об этом. Помочь в условиях этой больницы ей сложно, если не сказать невозможно. Вы не подумайте, я не о снабжении говорю. Просто нет специального оборудования. А моя клиника обладает достаточным уровнем комфорта и у меня прекрасное оборудование, тем более что там пациентка всегда будет под моим контролем.
– И что? – Малинин никак не мог уловить суть проблемы.
– Я хотела спросить, можно ли мне перевезти пациентку к себе? Сейчас её стабилизировали и такую дорогу она выдержит. Тем более что я вызову свой реанимационный автомобиль.
– А местный главврач что думает? – Спросил Малинин, понимая, что сейчас лучший вариант отправить Юлю Красуцкую под семь замков и круглосуточную охрану.
– Это он меня попросил об этом. – Проговорила Алла Николаевна. – Я думаю, что придётся привлекать иностранных специалистов в том числе. Случай катастрофичный! – Она помолчала. – Кто это сделал?
– Вот пытаюсь узнать. – Проговорил Егор. – Я отпущу её, но только в моём сопровождении. У вас там охрана есть?
– У меня проходят процедуры звезды отечественного и зарубежного кинематографа, политики, актёры. Забота о конфиденциальности и безопасности – это наш приоритет. – Она развела руками. – Просто не могу пройти мимо. Без нашей помощи она останется изуродована навсегда. Хотя, честно признаюсь, и мы сможем сделать очень немногое. Но так она сможет остаться в живых.
– Сейчас на совещании по этой пациентке я услышала, что пострадала ещё какая-то девушка. Ей разбили лицо. Давайте я с ней поговорю, может быть, мы ей тоже помощь окажем.
– Это вас не обременит? – Спросил Малинин. Он уже давно перестал верить в бескорыстие людей.
– Скажем так, я обязана принимать в свою клинику небольшой процент людей с ОМС. Дать такую рекламу я не могу, поэтому помогаю тем, кто действительно нуждается, а не просто хочет увеличить себе грудь или нарастить мышцы на ягодицах. – Улыбнулась женщина.
– О чём беседуете? – Рядом возник Ласточкин.
– Об увеличении ягодичных мышц. – Прицыкнул задумчиво Малинин. – Вот, Иван Гаврилович, добровольный дружинник – Алла Николаевна! Вы могли бы Ивану Гавриловичу ещё раз всё рассказать, а я пойду с криминалистами побеседую. – Он внимательно посмотрел на неё. – И вот ещё. Давайте не будем освещать это событие. Надо подумать, как её по-тихому вывезти. – Малинин помолчал. – Хорошо?
– Конечно. – Согласилась Алла Николаевна. – Вы с нами проедете или на своей машине? – Спросила она.
– На своей. – Кивнул Малинин и пошёл к выходу.
Ласточкин задумчиво почесал бровь и, разведя руками, молча пригласил Аллу Николаевну пройти вперёд.
– Что у вас случилось, Иван Гаврилович? – Спросила женщина.
– Что-то я запамятовал, мы уже общались? – Удивился Ласточкин, вскинув глаза на доктора.
– Я консультировала вас года два назад, – ответила Алла Николаевна, – в лесу нашли девушку, – она запнулась, – точнее, труп. У неё были порезы странные и тогда ваш судмедэксперт просил меня присоединиться к осмотру в морге. Там мы с вами и встречались.
– Какая у вас память хорошая, – покачал головой Ласточкин, – нет, не помню.
На самом деле следователь прекрасно помнил эту даму, но ещё тогда она его почему-то неприятно зацепила. Хотя, как смеялась жена Ивана Гавриловича, ему просто понравилась эта женщина. Алла Николаевна была невысокой, но крепко сбитой, при этом невероятно женственной. Короткая модная стрижка оттеняла возраст, спортивный стиль в одежде выставлял фигуру в выгодном свете. Но Ласточкину она казалась какой-то слащавой, хотя его жена опять же говорила, что он просто не воспринимает женщину как человека, способного заниматься серьёзным бизнесом.
Они молча подошли к палате, и Ласточкин, открыв дверь, вошёл внутрь первый. Лиза сидела на кровати и слушала Данилу, который ей что-то тихо вещал:
– Проснулась уже? – Спросил Иван Гаврилович. – Я не один. С помощниками.
– Проходите. – С трудом проговорила Лиза, показывая на свой рассечённый подбородок.
– Здравствуйте. Меня зовут Алла Николаевна, – сделала шаг вперёд женщина, не дожидаясь пока её представят. – Я слышала о происшествии и предлагаю вам помощь. Я пластический хирург, – она замолчала, – и я, конечно же, не умоляю стараний моих коллег, но у каждого своя специфика. Кто-то должен просто сшить порванное, а кто-то должен сделать как было или лучше. Вы девушка молодая и лицо нужно беречь. Вам ещё замуж выходи́ть. – Мягко улыбнулась Алла Николаевна.
– Я муж! – Вдруг сказал Данила.
Алла Николаевна удивлённо воззрилась на него и помолчав сказала:
– Ах вот как. Не хотела обидеть. Ну всё равно лицо должно быть красивым. Поэтому предлагаю переехать ко мне в клинику. Она здесь недалеко, с Егором Николаевичем я всё согласовала. – Она взглянула на Лизу. – Ну что, едем? Нам пора выдвигаться, а нужно ещё оформить перевод из этой больницы к нам.
