«Ох, и тяжелый у него кулак», – подумал Марк, когда пришел в себя от удара и обнаружил, что лежит, уткнувшись в песок. Сквозь туман в глазах Марк видел, как Француз кричит на Лизи, а она уже ревет и орет что-то ему в ответ. Все, кто был неподалеку, уставились на них.
– Франц, да пойми же ты! – Марк еле выговаривал слова, поднявшись на корточки. – Мы просто сидели с Лиз.
– Да заткнись ты! – крикнул Француз, ударив полулежащего ногой в живот. Он пригнулся к Марку вплотную к лицу и закричал ему прямо в ухо: – Такой весь правильный, да? Ходишь тут с чужими девушками, да? Все с тобой ясно! Урод!
Он плюнул в лежащего Марка и вылил ему на голову пиво из бутылки, демонстративно подняв ее повыше.
– А ты, шлюха, чтоб тебя больше не видел! – выкрикнул он и толкнул Лизи на песок.
Девушка упала, а Француз растворился в темноте.
Вокруг уже стояла толпа с телефонами. Зрители этого спектакля считали главным актером Француза. Может быть, если бы они не поругались с Лизи до этого и если бы он не был пьян, ничего такого и не случилось бы…
– Марк, ты в порядке? – спросила Лизи.
– Ну что, Лиз, теперь ты довольна? – простонал Марк. – Я в порядке. Иди лучше домой. Я не хочу ни о чем больше говорить. Сам справлюсь.
– Ну и пусть, – почти выкрикнула Лизи, ударив ногой в песок так, что в лежащего Марка полетело песчаное облако, и ушла.
Марк откашлялся, немного очухался, попросил сочувствующих оставить его одного и пошел к морю. Искупался, сел на песок и думал, думал… О том, что сидел он, отдыхал, никому не мешал – и вот сюрприз. Еще и виноват остался. Теперь пойди докажи разбушевавшемуся Французу, что было на самом деле. Будет ходить со злой рожей, зачем это надо?
– Ну что, Марк, давненько с тобой такого не случалось, – сказал он сам себе вслух. – Еще и для Дженни историю придумают: расскажут, что я трахал Лизи и нас спалили. Какой позор будет перед ней… Просто так, чисто по-человечески, стыдно. Подумает обо мне, что такой же… Решит: и слава богу, что не вляпалась с ним в историю.
Марк залпом допил оставшееся в бутылке вино, снял мокрую майку и вытер лицо. Толпа давно разошлась. А вдруг где-то поблизости были родные Дженни? И сама она… Хотя нет, уже поздно. Может, повезет и ни она, ни ее семья не узнают об этом, а если и узнают, то хотя бы без подробностей.
«Ну к чему все это? – Марку стало так противно, что он сплюнул, вспомнив, что целовался с Лизи. – Боже, все видели эти разборки… Сколько людей, ужас».
Конечно, больше всего ему не хотелось, чтобы Дженни сама догадалась, из-за чего были разборки.
Утром в ванной Марк рассмотрел в зеркале свою физиономию. Да… Хорош. Болело не сильно, но в таком виде на публике появляться не стоило. Позаимствовав у соседей немного косметики и поработав над внешним видом, он пришел к выводу, что теперь его, скорее всего, не испугаются. Но вопросы оставались. Рано или поздно придется пересечься с Лизи или Французом. И как на него после вчерашнего посмотрят коллеги? Самое лучшее – не выходить из домика. Но как быть с работой?
По дороге Марк встретил управляющего, выслушал от него все, что тот думал о его физиономии: мол, здесь не бойцовский клуб, а дорогой отель, твоя обязанность – возить богатых гостей, им вряд ли понравится на такое смотреть. Правила есть правила, в отеле они были строгими: выглядеть водителям багги полагалось, как говорится, с иголочки.
Однако фингал сыграл и на пользу. Управляющий оказался хорошим человеком, и Марк получил два внеплановых выходных. Из зарплаты, конечно, вычтут, но ему было все равно. Да и погода стояла такая, что хотелось погулять и понежиться на пляже. К тому же никого не хотелось видеть. Через два дня события подзабудутся, если вообще не через день.
Радовало, что внеплановые выходные совпадали с выходными Дженни. Марк узнал об этом от жителей соседних домиков перед тем, как выйти, чтобы знать, встретит он ее сегодня или нет.
«Вот бы посчастливилось провести эти два дня с Дженни, узнать друг друга получше, – думал Марк. – Лишь бы она согласилась. – Он надеялся, что девушка и ее родные не знают, что случилось вчера на фиесте. – Надо зайти так, чтоб и они были дома, поговорить и самому об этом рассказать. Хотелось бы ее пригласить погулять, не сидеть же в отеле или мелькать перед глазами коллег, выслушивая комментарии к случившемуся».
Марк позвонил девушке и предложил погулять. Дженни согласилась, но сказала, что Марку придется зайти за ней, так как, чтобы спокойно погулять вместе, надо познакомиться с мамой. Иначе ее могут и не отпустить, тем более с таким взрослым парнем, как Марк.
«Все-таки хорошо, что выходные совпали, – подумал Марк. – Может, удар Француза был подарком судьбы?»
Он шел к дому Дженни уже немного с другим настроением: шепотом проговаривал, что скажет, чтобы ее отпустили на подольше.
