– Все дело именно в этом. Если ты хотел, чтобы твой отец укладывал тебя спать, значит, укладывай свою малышку. Если ты хотел, чтобы папа брал тебя на руки и рассказывал сказки, то рассказывай их ей.
Папочка снял котелок, пару раз провел пальцами по блестящим волосам, затем снова надел его. Казалось, он лишился дара речи.
– Научи дочь чему-нибудь хорошему. Десяти заповедям из Библии, ты же слышал о таком, правда?
– Да, моя мать была хорошей христианкой. – Папочка говорил так тихо, что я едва разбирала его слова. – Она растила нас по Библии. Поэтому я женился на Иветт, когда она… ну, ты понимаешь.
– Тогда ты отлично справишься, – заключила тетя Арахис, потрепав его по руке. – Иди, иначе пропустишь свой выход. А я в этот раз пропущу парад-алле. Сегодня возьму малышку с собой.
– Нет! Только не в парк развлечений!
– Почему? – Женщина внезапно рассердилась. – Если цирк станет ее домом, тогда она должна узнать, что уроды, такие как я, тоже люди! Или ты стыдишься того, что вскоре дочь познакомится с твоей «семьей», а, Генри?
– Прости, я не хотел…
– Убирайся, пока я не вышла из себя.
Женщина указала маленьким пальчиком на дверь. Папочка ушел. Тетушка Арахис обладала необычайно взрывным характером как для такой крошки. Но сердце у нее было вдвое больше, чем у большинства людей. Она протянула мне руку.
– Как тебя зовут, милая?
– Элиза Роуз.
– М-м-м, твое имя так же прекрасно, как и ты. Пойдем, я все покажу тебе в новом родном городе.
Вскоре я убедилась, что это действительно был город – город шатров, волшебно передвигающийся в ночи с места на место. В нем была кухня, где двое поваров готовили на всех; два навеса с обеденными столами: один для циркачей, другой – для разнорабочих; раздевалки, цирюльня и прачечная; загоны для слонов и других животных; огромный длинный шатер, где с противоположных сторон были мужские и женские раздевалки и стойла для лошадей, участвующих в представлениях. Эти шатры были только для персонала. Но были и шатры для зрителей, такие как парк развлечений и цирк.
При входе в цирк располагался зверинец, где купившие билеты могли рассматривать экзотических животных.
В парке развлечений слева стояли шатры, в которых устраивали представления, а справа – торговые палатки и билетная касса в вагончике.
– Я работаю на представлениях, – рассказала мне тетя Арахис в первый день.
Она указала на газетный заголовок с огромной фотографией Арахис, рекламирующий аттракционы в шатре. На ней женщина казалась выше, чем была на самом деле.
– Я королева Лили, – усмехнулась она, – самая маленькая женщина на свете, королева лилипутов. Потом я переодеваюсь и участвую в обычном представлении клоунов вместе с твоим отцом, и там меня называют Арахис.
Женщина подняла меня и поставила на маленький постамент при входе в шатер.
– Вот, теперь ты на платформе для зазывал! На ней, как правило, стоит кто-то из нас, уродцев, и бесплатно демонстрирует себя зрителям. Обычно это заставляет людей купить билет и зайти внутрь, чтобы поглазеть.
Тетя Арахис сняла меня с платформы, взяла за руку и повела вперед, но когда я поняла, что она собирается увлечь меня в шатер, то остановилась как вкопанная. Несколько дней назад мама повела меня туда, и первое, что я увидела, так меня напугало, что я спрятала голову у нее на груди и отказывалась смотреть.
– Что такое, милая, тебе страшно? – спросила тетя Арахис. – Не нужно бояться! Снежный человек – это на самом деле чучело полярного медведя, и причем настолько старое и заплесневелое, что нам приходится постоянно подклеивать мех. – Она обеими руками взяла меня за руку и потянула внутрь, все время болтая своим тоненьким голоском. – Двухголовый теленок был живым очень давно. Теперь это просто чучело.
– А змея настоящая? – прошептала я, все еще опасаясь смотреть.
Огромный удав, свернувшись клубком, лежал за теленком в большой стеклянной коробке возле сцены. Казалось, в этом чешуйчатом туловище толщиной с мужскую руку целые километры.
– Да, настоящая, но она тебя не обидит. Он постоянно сыт и все время спит. Сильвия обвивает его вокруг себя во время представлений. Он ленивый, как Миссисипи. Давай обойдем кругом, и я представлю тебя остальным.
Я была рада выйти из шатра, но группа маленьких людей, стоящих сзади, разговаривающих и курящих, пугала меня не меньше, чем чудища в шатре.
– Всем привет! Это дочка Генри Жерара! – произнесла тетя Арахис. – Ее зовут Элиза Роуз, и она некоторое время будет путешествовать с нами.
Все заулыбались и начали приветствовать меня:
– Добро пожаловать, Элиза! Приятно познакомиться, милая.
Но мое сердце колотилось от страха, и я старалась спрятаться за юбками тети Арахис.
Тело Сильвии, женщины-змеи, от макушки до пят покрывали татуировки. Толстуха Глория была самым огромным человеком из тех, кого я встречала: ее нога была размером с дерево, а платье подошло бы и слону.
