Участники «Тайного общества по борьбе с ненормальностью» вернулись к своей обыденной жизни. Однако Клим Крылов, несмотря на учёбу и прочие отвлекающие мероприятия, всеми силами пытается отыскать возможность самостоятельно открыть Врата, чтобы вызволить из другого мира Замурованную Ольгу. За этим важным и ответственным занятием пролетают дни и даже недели, но результат по-прежнему остаётся неудовлетворительным. Тем временем всеобщее спокойствие вот-вот будет нарушено, ведь уже надвигается новая беда (пока незримая и нематериальная), справиться с которой будет весьма непросто.
Клим Крылов пребывал в состоянии прострации, шока и тихой ненависти ко всему белому свету. Ненависть была искренней и неудержимо рвалась наружу, грозясь не просто заполнить собой всё окружающее пространство, но и уничтожить всех, кто находится поблизости. Это совсем не то, что испытывает человек, пробудившийся ото сна в девять часов утра. Если, конечно, он не лёг спать с первыми лучами солнца.
Но, нет. Клим улёгся даже раньше обычного, потому что был утомлён и чувствовал себя как выжатый лимон, в котором не осталось ни капли сока.
Однако нормально выспаться парню всё равно не дали (а ведь он планировал проваляться в постели как минимум до обеда). Разбудил его внезапный телефонный звонок, который прозвучал будто гром среди ясного неба. После короткого, но неприятного разговора с одной черноволосой девушкой, чья речь постоянно наполнялась совершенно ненужными высокопарными словами и выражениями, Клим сидел на кровати и невидящим взором смотрел в стену, на которой были красивые светло-зелёные обои. Но красота последних парня не интересовала вообще. Он сидел и думал, за какие прошлые проступки удача отвернулась от него, и судьба стала подбрасывать одну неприятность за другой?
Вряд ли хоть кто-то в этом мире знал ответ на сей непростой вопрос.
Имя позвонившей черноволосой девушки – Серафима Родионова по прозвищу Тильда – у людей с ней знакомых вызывало оторопь и дрожь в коленях. Клим не боялся её саму, но опасался тех бед, что не преминут явиться следом.
– Когда я променял ровное шоссе на тернистый путь? – вопрошал парень у невидимого собеседника, который ответил многозначительным молчанием.
Часы на мобильном телефоне показывали шесть минут десятого утра. Вроде бы нормальное время для пробуждения, однако ненависть Клима переметнулась на ни в чём не повинный телефон, который имел наглость не только зазвонить, но и одновременно с этим ещё и завибрировать. Оставалось лишь сожалеть, что перед отходом ко сну звук на этом чуде техники не выключили.
– Алло, кто это? – вяло спросил парень.
– Что значит – кто это?! – звонившая девушка была возмущена до глубины души. – Мой номер должен быть у тебя в контактах записан!
– А-а, это ты. Я только проснулся, не разглядывал физиономию звонящего.
– Физиономию?! Ты что себе позволяешь!
– Не кричи, я не глухой.
– У тебя что, к моему контакту ещё и фотография прикреплена?
– Ага.
– Откуда ты её взял?
– Оттуда. Или ты забыла, что сама меня заставляла тебя фотографировать?
– Ах, да. Немедленно удали их! Хотя… Стой! Сперва мне скинь, а потом удали!
– Ты за этим позвонила в такую рань?
– Вовсе нет. Хотела напомнить тебе, что сегодня буду гостьей в твоём доме. Приду к десяти.
На мгновение Климу показалось, что он ослышался. Поперхнувшись, он спросил:
– С какого перепугу ты будешь у меня гостьей.
– Ну как же, твоя мама захотела со мной познакомиться и пригласила на чай. Не могла же я отказаться – это невежливо.
В памяти Клима сразу же всплыли события того злополучного вечера, когда они спустились в подземные катакомбы, предварительно сочинив для своих родителей байки, чтобы иметь возможность не возвращаться домой. Мама Клима оказалась слишком любопытной и доброй и пригласила Серафиму в гости, даже не удосужившись посоветоваться с сыном, который этому приглашению был совсем не рад.
Он подумал, что это всего лишь глупая шутка и никто никуда не пойдёт. Разумеется, он жестоко ошибся. И его мама, и Серафима считали запланированное мероприятие серьёзным, подойдя к нему со всей возможной ответственностью.
Клим верил (точнее, хотел верить), что Серафима про это забудет, уповая на её не самую выдающуюся память. Но она не забыла и, более того, собиралась заявиться меньше, чем через час.
– Что ты мелешь, не надо мне никаких гостей, – наконец смог из себя выдавить парень, прекрасно зная, что его всё равно не послушают.
– Не стони, – грубо сказала Серафима. – Я вот люблю гостей.
– Не суди людей по себе!
– В общем, надеюсь на приятную беседу с твоей мамой. Жди.
И она повесила трубку.
Клим продолжал сидеть, будто истукан. Все те возражения, которые он намеревался высказать, так и остались крутиться в голове.
Его несчастный мозг клевала одна мысль – Серафима «Тильда» Родионова направляется к нему домой.
Эта мысль была похожа на стихийное бедствие, обрушившееся на город. Крыши сносило с домов, деревья гнулись и ломались, падая на проезжую часть, бедные жители метались из стороны в сторону и не знали, где спрятаться. Клим тоже метался (сидя на месте) и гадал, как ему поступить.
