Джек Гонти в изнеможении откинулся на высокую спинку кресла и отер пот со лба. Сомнений быть не могло. Главный компьютер Базы Галактической Службы Безопасности не мог ошибаться.
Гонти сгреб со стола пустые ампулы стимуляторов, клочки исписанной бумаги, испорченные кристаллы с программами и понес в угол комнаты к приемнику дезинтегратора. Зеркало над ним отразило осунувшееся потемневшее лицо с лихорадочно блестящими черными глазами. Джек со вздохом отвернулся от своего отражения, и взгляд его упал на стол. Весь месяц он работал как проклятый — и ради чего? Компьютер лишь подтвердил его выводы.
— А чего ты, собственно, ждал? — спросил он себя. — Не думал же ты, что компьютер выдаст тебе рекомендации по уничтожению Странников?
Тут лицо Гонти потемнело еще сильнее. Только один человек мог бы помочь ему понять причины того, что происходит. А возможно, и справиться со Странниками. Тот, кого называли живой легендой космоса. Ивен Рэнд, человек, который был когда-то его другом, и к которому он испытывал теперь чувство, близкое к ненависти, хотя никаких объективных причин для этого не было. Но Рэнд относился к тому редкому типу людей, которых можно любить и ненавидеть одновременно.
Гонти и без того нелегко было разговаривать с Ивеном. Теперь же, когда главным козырем в беседе должна была стать смерть Тонни Алана — близкого друга Рэнда, ему и вовсе не хотелось этого делать. Гонти в сердцах пнул корзину с мусором, и ее содержимое разлетелось по комнате, не слишком сильно изменив ее внешний вид. Хмуро оглядев последствия своей вспышки, Джек плюхнулся в кресло, закрыл глаза и задумался. Хотелось ему или нет, но увидеться с Рэндом придется. Он и так слишком долго откладывал эту встречу.
Образ возник перед глазами легко, как всегда, словно соткавшись из воздуха. У Гонти была профессиональная память на лица, но в данном случае он не нуждался в ее услугах. Однажды увидев Рэнда, забыть его было невозможно. И дело было не во внешности, а в том, что за этой внешностью скрывалось.
Стоило Рэнду появиться в обществе — и он мгновенно становился центром внимания, ровным счетом ничего для этого не предпринимая. Похоже, он просто не в силах был этому помешать. Он никогда никого не отталкивал, но Гонти знал, что мысли его при этом часто бывали далеки от происходящего.
Рэнд обладал ярко выраженным пси-даром. И хотя он демонстрировал свои способности в этой области крайне редко и неохотно, скрыть их полностью он не мог. Парапсихология была единственной темой, разговоров на которую он явно избегал. Это часто вызывало раздражение у окружающих, но он не замечал этого или делал вид, что не замечает. Каким-то образом ему удавалось не доводить дело до крайностей, хотя несколько раз Гонти был практически уверен, что без потасовки не обойдется. Пси вызывали интерес, они были диковиной, но стоило только кому-нибудь из них проявить характер, и в ход шли самые грязные оскорбления. В ту пору, когда они с Рэндом были друзьями, Джек наслушался предостаточно. И зубов повыбивал немало.
С Тонни Аланом, также, как и с Гонти, Ивен познакомился в Институте Пространства. Но если Джек так никогда и не смог понять Рэнда до конца, то с Аланом они, что называется, нашли друг друга. Наполовину землянин наполовину каолин, Тонни, в отличие от Рэнда, не обладал никакими сверхъестественными способностями, но зато у него всегда имелась в запасе парочка совершенно сверхъестественных идей, которые он умудрялся реализовывать самыми невероятными способами. Они с Рэндом мгновенно нашли общий язык, но Джек подозревал, что даже с Аланом Ивен не был полностью откровенен. По крайней мере, поначалу.
Сам Гонти впервые в открытую столкнулся с пси-способностями Рэнда уже под конец учебы. Это случилось на одном из полигонов Института. Задание в тот раз было смешанным — от рукопашных боев с монстрами, которых, по непоколебимому убеждению курсантов могло создать только больное воображение Главного Инженера, но уж никак не природа, до ледовых лабиринтов, буквально утыканных разного рода ловушками. На последнем этапе из пяти человек осталось только двое — Гонти и Рэнд.
Рэнд бежал впереди. Джек увидел, как он внезапно остановился, словно натолкнувшись на невидимое препятствие, потом неуверенно отошел немного в сторону и вновь застыл. Не понимая, что происходит, Гонти окликнул его остановиться он не мог — предполагалось, что каждый проходит круги Ада в одиночку. Ответа не последовало, но когда Джек попытался приблизиться к лабиринту, Рэнд поймал его за руку. Все попытки освободиться были тщетными Ивен держал его мертвой хваткой. Но Гонти мог бы поклясться, что он не осознает этого — Рэнд смотрел внутрь пещеры, и в глазах его светился ужас. Вдруг раздался страшный грохот, и над входом в лабиринт взметнулось облако снежной пыли. Это вывело Рэнда из оцепенения. Он провел левой рукой по глазам, словно отгоняя наваждение, и удивленно уставился на правую, сжимавшую руку Гонти.
