Я увеличил интенсивность биений, и, действительно, светящийся ореол расширился и стал значительно ярче, приобретая разные цветовые оттенки.
– Думаю, теперь ты сможешь видеть свечение и без темного фона, – сказал Ли и отодвинулся.
Свечение от яркого света стало более тусклым, но не исчезло. Я продолжал различать бледный ореол и мелькающие в нем цветные искорки.
Заметив мое возбуждение, Учитель усмехнулся и сказал:
– За что я тебя люблю, так это за непосредственность ощущений. Тебе достаточно показать палец, чтобы ты пускал слюни от восторга, как щенок, впервые откопавший на грядке червяка. Не стоит так преувеличивать значение происходящего. Все в твоей власти, во власти твоей внутренней энергии, которая связывает тебя с миром и возбуждает процессы внутри тебя и вокруг тебя. Твоя внутренняя энергия пока не настолько сильна, чтобы производить большие внутренние или внешние изменения только благодаря твоему желанию. Это может произойти лишь спонтанно в редких и исключительных случаях. Пока ты находишься на первом этапе обучения. Твоя задача – научиться возбуждать скрытые внутренние силы и управлять ими. Этого можно добиться только через медитацию. Вне медитации не существует ни тренировки, ни жизни, ни познания.
Упражнения с пульсами давались мне относительно легко. Еще до встречи с Ли я читал книги по аутотренингу, системе Шульца и без особого труда научился вызывать ощущение расслабления, тяжести, тепла и пульсации.
В медитативных техниках Спокойных упражнениям с пульсами отводилась особая роль.
Пульс можно было перемещать по телу в любом направлении, концентрировать его в нужной области, что использовалось как при лечении, так и при активизации зоны, например при ее ударном закаливании. Вызывание пульса и чередование его с воздействием холодом помогало излечивать больные мышцы или нарушения во внутренних органах.
Упражнения с пульсами стали регулярными во время наших совместных прогулок. Я учился собирать пульсы из разных участков тела в центре ладони в точке лао-гун, потом заставлял этот пульс разделяться и стекать вниз по пальцам. Я создавал пульсирующие мыслеформы внутри и вне моего тела, и Ли всегда абсолютно точно мог описать форму и размер создаваемых мной мыслеобразов.
Ли научил меня помещать различные формы пульсов в лекарственные средства, усиливая тем самым действие лекарств.
Одним из упражнений было блуждание пульса по кругу вдоль позвоночника и затем по переднесрединному каналу с круговыми ответвлениями по наружной и внутренней поверхностям рук, по бокам к копчику.
Учитель заставлял меня доводить это упражнение до автоматизма так, чтобы деятельность или внешние воздействия не отвлекали меня от его выполнения. Для этого Ли одновременно с вращением пульса вынуждал меня делать что-либо другое. Однажды он велел мне вспоминать самые приятные моменты моей жизни, не прекращая вращений пульса и поддерживая разговор о каких-то других вещах. По выражению моего лица Учитель с легкостью догадывался, о чем я сейчас думаю, и не упускал случая поиздеваться.
Неожиданно прервав рассказ о клане Держащих и животных стилях, Ли посмотрел на меня с романтически-идиотским выражением лица.
– Ну, нельзя же так много думать о девушках, – заявил он. – Чрезмерность даже в твоем возрасте может нанести непоправимый ущерб здоровью.
– Как ты догадался?
– У тебя такое масляное выражение лица, как будто ты съел большой кусок вкусного торта, и у этого торта были чертовски хорошенькие ножки.
Лицо Ли стало еще более идиотским и мечтательным. Закатив глаза, он медленно облизнулся.
– Только не говори, что у меня такое же выражение, – ужаснулся я.
– Что ты, мне до тебя далеко, – Ли успокаивающе похлопал меня по плечу.
Учитель копировал мою мимику, когда я вспоминал о природе, о том, как проводил праздники или веселился с друзьями. Он объяснял мне тонкости мимики человека и учил определять мысли по выражению лица, по движениям рук и т. д.
Вращать пульс, одновременно вспоминая моменты моей жизни и беседуя с Ли о боевых искусствах, было очень трудно и требовало от меня предельного напряжения и концентрации внимания.
– Ли, зачем ты заставляешь меня выполнять одновременно несколько упражнений? Может быть, лучше делать их по очереди, но более качественно? Я не могу одновременно за всем уследить, – спросил я.
– Ты должен следить за всем одновременно. Это необходимо для расширения сознания, – ответил он.
– Что такое расширение сознания?
– Воин не может одновременно идти двумя путями. Он способен или уходить внутрь, или расширяться наружу. Уходя внутрь, он стремится к одной цели, бесконечно уменьшаясь и концентрируясь лишь на ней. В этом случае поле его зрения, поле его сознания сужается к единому центру.
Когда воин расширяет поле своих ощущений, он начинает охватывать мир во всем его многообразии. Ты должен научиться совмещать в своем сознании несколько информационных потоков, которые Спокойные называют «разговорами мира». Но мы лучше будем говорить об информационных потоках, поскольку, общаясь с тобой на твоем языке, мне легче передать тебе суть древнего знания.
