Драко Малфой, по общему признанию, был немного трусоват. Да он и не стыдился этого, без всякого стеснения прячась за своими шкафоподобными телохранителями — Креббом и Гойлом, зная, что в их трио за физическую силу отвечают они. Но Драко Малфой всегда был очень умным, и этого у него было не отнять. Не зря же он считался одним из лучших учеников Хогвартса.
После памятной «галлюцинации» — декан, целующий Поттера — Драко начал за ними наблюдать, не веря, что воображение могло сыграть с ним такую злую шутку. И решил посмотреть на взаимоотношения Снейпа и Поттера, так сказать, непредвзято, и эти наблюдения дали свои результаты. И как он раньше не заметил, что крестный кидает в сторону очкарика взгляды не ненависти, а жгучего желания?! И ладно Снейп, вполне могло случиться так, что Поттер привлек его внимание, мало ли, кто какими извращениями страдает, но Потти!!! Этот мелкий и наглый недолев отвечал не менее страстными взглядами, поедая декана Слизерина голодным зеленым взглядом. Драко понял, что он ничего не понял, и устроил слежку.
Конечно, Малфой прекрасно понимал, что следить за крестным и не привлечь его внимание к себе — было за гранью доступного, так же, как и за неуловимым Золотым мальчиком, который словно мог растворяться в воздухе. Но! Но в Большом зале и на уроках это можно было делать незаметно, и Драко этим пользовался вовсю. На уроках Снейп делал вид, что Поттер грязь под его ногами, а тот привычно огрызался и краснел от злости, но Драко видел ПРАВДУ!!! Правду, которая была проста, как кнат — крестный подначивал героя, и, если вслушаться в слова, скорее шутил, чем оскорблял, а Поттер краснел совсем не от злости, а от сдерживаемого смеха. И таких мелких изменений было очень много, но для остальных они остались незаметны кроме, пожалуй, рыжего Уизли и всезнайки Грейнджер. Выскочка перестала шипеть на Поттера, когда тот препирался со Снейпом, а Уизел не встревал со своими дурными выкриками.
И вот сегодня! Заметить странно-спокойный взгляд крестного, когда Поттер под ручку выводил эту шалаву Уизли было не сложно, сложнее было понять его. Отец рассказывал, когда Драко интересовался, почему крестный один, что тот страшный собственник и ревнивец, и мало кто сможет терпеть его закидоны. А сейчас спокойно наблюдает за практически изменой Поттера?! Да не может этого быть! Но после многозначительных переглядываний Поттера со Снейпом, Драко со всей ясностью понял, что затевается что-то интересное, причем с полного одобрения и при поддержке крестного. Что-то, что Драко просто обязан был увидеть собственными глазами.
Сразу, как только парочка гриффиндорцев вышла из Большого зала, Снейп сорвался с места и полетел в подземелья. Оставить эту тайну не раскрытой Драко не позволила гордость, а вернее глупость и хорошо скрытое, но немного воспалившееся гриффиндорство. Рассудив, что крестный не зря помчался в подземелья, Драко решил, что гнаться за двумя верх глупости — ни одного не догонишь и ничего не узнаешь! Поэтому он последовал за Поттером и Уизли, справедливо полагая, что Снейп сам найдет их. Приказав Креббу и Гойлу идти в слизеринскую гостиную, Драко, выйдя в другие двери, помчался догонять Поттера.
Гарри шел очень медленно, выгуливая рыжую по коридорам Хогвартса. Они упорно поднимались наверх, и Драко, прячась в каждой подвернувшейся на пути нише, неотрывно следил за ними. Поттер остановился около дверей в заброшенный класс и что-то тихо сказал Уизли. Та тоже что-то ответила, но сказанное не понравилось Поттеру, потому что он слегка скривился, а потом завел ее в класс. Драко подбирался все ближе и ближе, желая хоть одним глазком заглянуть туда, когда услышал быстрые шаги и непередаваемое постукивание отцовской трости по каменному полу, которое Драко мог узнать из тысячи других звуков. Он едва успел затаиться за доспехами, как мимо него быстро прошли трое волшебников — отец, крестный и какой-то незнакомый мужчина. Они остановились перед дверьми, прислушиваясь к происходящему. Тут еще двое промчались мимо убежища Драко и присоединились к мужчинам — Уизел и Грейнджер, причем все спокойно поздоровались и, теперь уже вместе, вошли в класс.
Любопытство — это слабый отголосок того, что испытывал Драко! Что могло там происходить, что появился его отец? А грифы?! Драко снова начал потихоньку пробираться к двери, когда вновь услышал шаги и дурные вопли на весь Хогвартс. Помянув Мерлина недобрым словом, Малфой опять нырнул за доспехи.
На этот раз по коридору неслась мамаша Уизли, таща за руку, как на буксире, своего мужа. Спустя пару мгновений они скрылись за дверьми все того же класса. Плюнув на конспирацию, Малфой рванул к дверям, клятвенно себе обещая, что именно он будет следующим, кто войдет туда, и остановит его только Авада! Дверь легко поддалась под его рукой и он скользнул в комнату.
