Финалом же семинара, выпускным балом становится обоюдный минет по желанию участников. Финал, к сожалению, не показывают, потому что по ТВ такие вещи показывать запрещено. Старые немцы плюются и говорят, что вся эта глупость из Америки идет. Наверно. Из Америки — глупость. Из Англии — говяжье бешенство. Из Голландии — наркотики. Из России — уран. Из Франции — СПИД. Это уже известно. Кстати, психология — единственная дисциплина, которой в Германии запрещено заниматься иностранцам, и никакие дипломы не признаются. А почему — сам подумай. Это так же труднообъяснимо, как и продажа противозачаточных таблеток строго по рецептам, однако же факт.
До появления Бенжамена мы успели выпить всего бутылку. Команда, вся сплошь в «адидасах», узнав о благой вести, окружила нас, предварительно перезнакомившись с нами за руку, отчего Ханси очень взволновался — столько мозолистых лопат он никогда не пожимал.
— Как они смотрят! — пробормотал он. — Mein Gott, что за лица!..
— Что ты хочешь — это же матросы, а не академики!
— А с ними можно поговорить?
Я поинтересовался насчет языка, на что братва ответила:
— Да знаем чуток по-английски, но чтоб серьезно — то раз-два, и обчелся. Капитан знает, вот Сашка, Вовчик…
— Вот есть того теперь тут… — начал пояснять литой парень в тельняшке, Гриня.
— И в цифрах путаемся, по-английски что пятнадцать, что пятьдесят — один хрен, — сообщил какой-то мрачный тип с флюсом. — Кока так и надули, запаски по пятнадцать сказали, а потом по пятьдесят впихнули…
Нас усадили в центре, Иван и Валера сели рядом, начали гонять салаг за стаканами и бутылками, Витек отправился за водкой. Остальные почтительно слушали амфитеатром.
— А какие машины есть? — начал спрашивать Валера, когда выпили по первой, причем Ханси долго исподтишка изучал стакан, так и не рискнув прикоснуться к нему губами.
— Всякие, — отвечал Франц. — Какие хотите.
— А сколько стоят?
Франц развел руками.
— От ю до 1 ооо ооо, — ответил я за него.
— Ясно. А опеля есть? — крикнул с лестницы Витек, громыхая ящиком по ступенькам.
— Есть и опеля.
— А бээмвешки?
— Тоже.
— Ну, ништяк!
После этих вопросов все как-то задумались. Слышалось бульканье воды за бортом. Баржу покачивало. Матросы, кто с кружкой, кто со стаканом, подливали сами себе. Кто-то вытащил хлеб, галеты, печенье, а Валера угрюмо пояснил:
— Капитан, падла, уже два дня в городе валандается, ключи от камбуза у него, а мы на сухпайке…
— А с запчастями как? — поинтересовался кто-то напоследок.
Когда выяснилось, что и с запчастями нет проблем, а запаски можно брать даже даром, стало повеселее.
— А вот этого того где… — начал было спрашивать Гриня, но тут в трюм, согнувшись в три погибели, спустился высоченный и худющий друг Франца. Антиквар представил его:
— Бен, хозяин магазина!
Все тут же выстроились в очередь. Бен быстро жал руки, золотой браслет так и крутился на его запястье. Когда он, наконец, сел, Франц коротко изложил ему по-голландски суть дела. Посмотрев на меня, он еще что-то добавил, и Бен, приподнявшись, сказал по-немецки:
— Danke!
— За что? — удивился я.
— За клиентов, — пояснил Франц.
Потом Бен, отказавшись от водки, сообщил на ломаном русском:
— Вы хотеть машин?.. Мой есть машин! Я много бизнес Раша! Скольку?
Произошло замешательство. Тогда Валера, развернувшись, скомандовал:
— Поднимай руку, кто хочет! Посчитаем! — Подняли почти все, кто был в трюме. Пересчитав, он сказал: — 17. Може, еще кто, но их сейчас нету, в город ушли.
— О’кей! — пропел Бен. — Денга?
— У всех с собой.
— Кеш? Бар? Доллар?
— Да покажите ему бабки, чтоб чего не думал, — скомандовал Валера.
И ребята, повытаскивав отовсюду пачки и мотки денег, показали их Бену. Тот застыл, как собака в стойке, глаза его бегали по рукам, по пачкам денег, и он явно что-то подсчитывал в уме.
— Что, не нравится? — испугался Валера. — Може, что разная валюта?.. Так что ж делать, в Мурманске надавали…
— Нет, всё в порядке, — успокоил я его.
— Може, он думает, что фальшивые? — продолжал сомневаться Валера, но тут Бен, удовлетворенно закурив черную сигарку, спросил, кто пойдет покупать.
— Как кто? Все! — ответил Валера.
— Все? — удивился Бен. — А11е?
— Але, але!.. А как он себе думал? — удивились в свою очередь братишки. — Ясный хрен, каждый хочет свою машину сам увидеть. И скажи ему про запаски.
— И чтоб круг дал сделать!
— И запчасти чтоб недорого были!
Я переводил.
— О' кей, — закивал головой Бен, хватаясь за браслет. И сказал что — то Францу про автобус. (Когда они говорили медленно, кое-что понять было можно.)
— Зачем автобус? Я на машине, ты к себе человек 7 возьмешь. Или поделим на две группы. Ради такого дела можно и два рейса сделать, — подал голос Франц. После выпитого он как-то обмяк и, не отрываясь, смотрел на Гриню.
Так и решили. Не откладывая, поделились на две партии — пока первая поедет покупать, вторая будет готовить палубу для машин.
— А не поздно? Магазин открыт еще? — спросил недоверчивый Иван, глядя на свой будильник.
