Накануне ночью те вару (полинезийские судостроители) приносили остро отточенные топоры в святилище. Там эти "живые" инструменты укладывали спать. Обряд усыпления топоров называется каамое раа тои. Те вару пели традиционные священные колыбельные, передавая орудия труда под защиту бога Тане.
Выполнив предписанный ритуал и оставив топоры спать, мастера начинали празднество. Забивали и жарили свиней. Хвост и щетину приносили в жертву своему покровителю богу Тане, а мясо съедали сами, затем укладывались спать в святилище.
На следующее утро они столь же торжественно "будили" свои топоры погрузив их в воды океана, который понесет на своих волнах будущее судно. Затем с тои ("топорами") на плечах шли в лес, где их ожидало избранное дерево (или несколько деревьев). Срубив его, они топорами и базальтовыми долотами придавали ему форму лодки.
Когда катамаран был готов, снаружи и изнутри его натирали защитным слоем из глины и древесного угля, а затем спускали на воду. Всегда это был чрезвычайно торжественный акт. Прежде чем отправиться в большое плавание, по представлениям островитян Южных морен, судно должно было вволю "напиться" воды, в буквальном смысле слова "наполниться" водой. Мастера раскачивали корпус судна: чтобы в будущем воды Моаны удерживали его, они должны были проникнуть во все его части, вплоть до трюма.
Основу ритуала составляло освящение судна. Торжественный обряд совершался жрецом. Он трижды возлагал руку на киль только что родившейся лодки, трижды громко повторял формулу заклинания. И собравшиеся в святилище островитяне отвечали ему хоровым молитвенным пением.
Полинезийцы старались предугадать судьбу своих лодок. Вечером, накануне освящения нового судна (кое-где еще перед началом его строительства), в святилище под камень клали примерно тридцатисантиметровый кусок шнура. На следующее утро смотрели, что с ним произошло. Если за ночь он скручивался, это воспринималось как дурное предзнаменование, а если лежал ровно, как его положили накануне, - судно ожидали удачные плавания. Чтобы обеспечить новой лодке долгую жизнь, в день ее спуска на воду в святилище укладывали часть корпуса старого, пришедшего в негодность катамарана.
Гаданием с помощью шнура и символическим погребением старых лодок ритуал освящения заканчивался. Теперь судно могло отправляться в свое первое плавание. Священные топоры, прославлявшие мирный труд и никогда не употреблявшиеся для убийства, вновь должны были вернуться в святилище. Там они отдыхали от тяжкого труда и "спали" до тех пор, пока вождь племени не заключал с богом Тане новый договор на строительство судна. И тогда тои вновь пробуждались для своей священной" работы.
Как только заканчивался священный труд кораблестроителей и судно освящали, можно было пускаться в плавание. Большие полинезийские лодки, особенно катамараны, обычно строились по приказу вождя племени, когда тот собирался предпринять дальнее морское путешествие. Участники такой экспедиции выходили в открытое море в надежде найти на каком-либо из тихоокеанских островов новую родину. Однако требовалось, чтобы такой остров был необитаем, но все же пригоден для обитания. А ведь случалось и такое, когда переселенцы сходили с судна на землю, которая уже кому-то принадлежала. И тогда от местных жителей зависело, мирно принять пришельцев или взяться за оружие и вести с незваными гостями кровопролитную войну.
Прежде чем на новом, только что освященном судне отправиться в путь, вождь тщательно подбирал команду. Если плавание предпринималось с целью захвата новых островов, переселенцы - мужчины, женщины и дети - брали с собой на судно все необходимое, что в первые месяцы могло понадобиться им для существования на новой родине: свиней и домашнюю птицу, посевное зерно и множество разных предметов обихода. К тому же и во время плавания нужно было принимать горячую пищу, поэтому на каждом судне - обычно в задней части палубы - имелась земляная печь, и между нею и деревянным корпусом судна всегда прокладывали толстый слой песка. В центре палубы возвышались одна-две хижины (каюты) для вождя и его родственников. При плохой погоде находили здесь убежище и остальные пассажиры.
У двухъярусных полинезийских лодок были вместительные трюмы, где хранились все припасы - не только продовольствия, но и питьевой воды, столь необходимой для успешного завершения плавания. Для этого полинезийцы брали бамбуковые сосуды. Иногда их на канатах тащили за лодкой, чтобы пресная вода охлаждалась.
