Он отснял несколько фотографий. С каждым мигом огоньки светились все ярче. Они собирались в стайки и, словно маленькие звездочки, освещали подлесок. Он почувствовал удовлетворение, к нему пришла безмятежность.
Осознание настигло его неожиданно. В том вакууме, в тишине, когда вечер сменился ночью, Никола понял, что за последние дни его жизнь кардинально поменялась. Не только из-за Анжелики. Он был достаточно честен, чтобы признать это. Она всего лишь напомнила ему о прошлом. Еще до того выбора, который изменил всю его жизнь.
Он приподнялся и сделал еще несколько фотографий. Затем присел и спиной прислонился к стволу дерева. Эти фото и еще те, что он отснял в деревне и у дерева с пчелами – все это было неплохим материалом. Он задумался, достаточно ли этого, чтобы остановить Клаудио.
Послышался шелест, Никола насторожился. И тут он увидел ее: она шагала по траве в полной тишине, лунный свет серебрился на ее платье. Если есть еще кто-то, кто знает это место, то это только она, Анжелика. Сначала он решил не двигаться с места и понаблюдать за ней, как только что наблюдал за светлячками. Наверное, и она бы этого хотела. Но от этой мысли ему стало не по себе. Он поднялся и дождался, пока она сама обнаружит его в темноте.
– Это я.
Анжелика вздрогнула и фыркнула.
– Черт побери, Никола! Ты напугал меня!
В ответ он лишь улыбнулся.
– Как так выходит, что мы с тобой встречаемся в самых немыслимых местах?
Анжелика стояла чуть в отдалении. Он понял, что она еще не решила, остаться или уйти. Но даже не столько это раздражало Николу. Он сердился оттого, сколь сильным было его желание. Он хотел, чтобы она осталась.
Она подошла к нему поближе и села рядом. Как ни в чем не бывало. Неужели все так просто? Достаточно просто очень сильно чего-то захотеть и оно непременно сбудется? Он печально улыбнулся. Нет, недостаточно.
– Думаю, кроме нас мало кто знает о танце светлячков. В конце концов, это место, где прошло наше детство. Вполне естественно, что мы здесь и встретились, не находишь?
Анжелика улыбнулась и взглянула на насекомых, которые кружились в воздухе, догоняя друг дружку.
С чего это она вдруг с ним так любезна?
Он ответил ей далеко не сразу. Сначала он прикрыл глаза и насладился моментом.
– Я и забыл.
Она глубоко вздохнула и кивнула.
– Я тоже многое забыла.
– Наверное, неважные вещи.
Она тихонько засмеялась.
– Разные. На самом деле важность, как и все остальное, – вопрос точки зрения. Ты сам это говорил. – Она замолчала. – А ты что забыл, Никола?
Все. Абсолютно все. И вдруг все стало так, как прежде. Он хотел сказать ей об этом, хотел, чтобы она знала.
– Когда ты уезжала, я только и мог что наблюдать, как ты отправляешься в путь.
– Мы были еще совсем детьми. Что бы ты мог сделать?
– Дай мне закончить. – Он глубоко вздохнул. – Я чувствовал полное бессилие. Все вышло из-под моего контроля. Все шло не так, как я хотел. Я осознал, что от меня ничего не зависит.
Это Анжелика понимала. Потому что испытывала то же самое, когда уезжала с Сардинии.
– И я решил все изменить. Стал приглядываться к Клаудио и к моему отцу. У них была власть, они устанавливали порядки и были у руля. Я тоже хотел иметь такую власть и мощь. Поэтому все бросил и отправился в Милан. Я хотел учиться в том же университете, что и Клаудио.
– И у тебя не вышло?
– Как раз наоборот. Я стал лучшим на курсе. Мне предложили рабочий контракт, когда я был еще стажером.
Анжелика не могла понять, почему в его голосе сквозила такая печаль. На самом деле, когда она увидела его в темноте, выражение его лица, складка губ и грустный взгляд поразили ее до глубины души. Словно вечерний сумрак вывел наружу всю печаль Николы. Было что-то, что она не могла уловить, что ускользало от нее. Как она раньше этого не замечала? Но ведь даже в тот момент он фонтанировал болью. Первым ее желанием было прикоснуться к нему. Она знала, что жесты помогают там, где слова бессильны. Именно поэтому не любила ни прикасаться к кому-то, ни чтобы прикасались к ней. Но пальцы сами потянулись к нему, чувствуя, что ему необходима помощь. Она не спеша вытянула вперед руку, и это движение говорило лучше слов. Глаза их на секунду встретились, и он отпрянул.
– Стать лучшим – не это ли и было твоей целью? Это должно было принести тебе удовлетворение, разве не так?
Он резко обернулся к ней, в глазах пылал огонь.
– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, Анжелика. – Никола перешел на сдавленный шепот. Он теребил пальцами фотоаппарат, уставившись в пустоту. – Знаешь, в чем мне не было равных? Знаешь, чем я зарабатывал на жизнь? – Но он не стал дожидаться ее ответа. Он хотел произнести это, хотел, чтобы она узнала, чтобы она знала о нем все. – Я растаптывал людей, их мечты, их надежды.
– Что ты такое несешь?
Он рассмеялся и взглянул на светлячков, которые продолжали кружиться в танце. Но в тот момент, глядя на них, он не испытывал никаких эмоций. Ему было все равно.
– Компания, на которую я работал, скупала небольшие предприятия, фирмы, торговые точки. Я изучал сметы, выявлял нарушения, дыры, случаи растраты. И вмешивался.
