В пять часов пополудни стол был накрыт к обеду в столовой Гранитного дворца.
Суп из кенгуру был признан всеми превосходным.
После супа Наб подал пекари.
Пенкроф пожелал сам поделить их и навалил чудовищные порции на тарелки своих сотрапезников.
Молочные поросята действительно были поразительно вкусными, и Пенкроф с увлечением поедал свою порцию, как вдруг он громко вскрикнул и выругался.
— Что случилось? — спросил Сайрус Смит.
— Случилось… то… что я сломал зуб, — ответил моряк.
— Вот как! Значит, в ваших поросятах есть камешки? — пошутил Гедеон Спилет.
— Очевидно, — сказал Пенкроф, вынимая изо рта твердое тело, о которое он сломал зуб.
Это был не камень. Это была дробинка.
Прошло ровно семь месяцев — день в день — с того момента, как колонисты были выброшены на остров Линкольна.
Самые тщательные поиски за все это время не дали никаких оснований предполагать, что остров обитаем.
Ни один столб дыма не выдавал костра, разожженного рукой человека, Никаких следов людского труда, ничего, что говорило бы о том, что здесь — теперь или когда-нибудь в прошлом — бывал человек.
Остров казался необитаемым не только в настоящее время, но и во все времена…
И вот все это логическое построение рухнуло, обращено в прах одной-единственной дробинкой, найденной в теле безобидного зверька!
Ибо эта дробинка была выброшена огнестрельным оружием, и никто другой, кроме человека, не мог владеть этим оружием!
Когда Пенкроф положил дробинку на стол, все колонисты посмотрели на нее с величайшим удивлением.
Все последствия этого происшествия, огромные, несмотря на незначительность повода, сразу предстали перед их умственными взорами. Кажется, появись в столовой Гранитного дворца привидение, — они изумились бы не больше.
Сайрус Смит взял дробинку, поднес ее к глазам, пощупал, покатал на ладони, еще раз поднес к глазам и потом сказал:
— Можете ли вы с уверенностью заявить, Пенкроф, что пекари, раненный этой дробинкой, не старше трех месяцев от роду?
— Да, мистер Смит. Когда я его нашел в западне, он сосал свою матку.
— Отлично, — заявил инженер, — это неопровержимо доказывает, что не больше как три месяца тому назад на острове Линкольна был сделан выстрел из ружья!
— И дробинка, вылетевшая при этом выстреле, ранила, но не смертельно, молочного поросенка, — добавил Гедеон Спилет.
— Правильно, — согласился инженер. — Какие выводы должны мы сделать из этого факта? Ясно какие: либо остров был обитаем еще до нашего прибытия сюда, либо на нем появились люди не далее как три месяца тому назад. Добровольно ли они поселились на острове или так же, как и мы, стали вынужденными его обитателями вследствие крушения? На этот вопрос мы не можем сейчас получить ответа. Точно так же мы не знаем пока, европейцы это или малайцы, враги или друзья, остаются ли они на острове и в данное время или уже покинули его. Но все эти вопросы так непосредственно интересуют нас, что мы не имеем права оставлять их невыясненными.
— Нет, сто раз нет! Тысячу раз нет! — вскричал моряк, вставая из-за стола. — На острове Линкольна не может быть других людей, кроме нас! Остров мал, и, будь он обитаем, мы бы уже тысячу раз наткнулись на его жителей!
— Действительно, было бы странно, если бы это было не так, — добавил Герберт.
— Но было бы в тысячу раз более странным, — заметил журналист, — если бы этот поросенок родился с дробинкой в теле!
— А может быть, — серьезно сказал Наб, — у Пенкрофа в зубе…
— Как бы не так, Наб! — воскликнул моряк. — Значит, я, не замечая, таскал в продолжение семи месяцев дробинку во рту? Так, что ли? Но где же, чорт побери, она могла спрятаться? — спросил он, широко раскрывая рот, чтобы все увидели великолепные тридцать два зуба. — Гляди, Наб, гляди внимательней! И если ты найдешь у меня хоть одно дупло, я разрешаю тебе вырвать целую дюжину зубов!
— Гипотезу Наба придется отклонить, — сказал Сайрус Смит, невольно улыбаясь, несмотря на серьезность положения. — Несомненно, что не раньше как три месяца тому назад здесь раздался выстрел. Но я убежден, что люди, высадившиеся на этот берег, появились совсем недавно или пробыли на острове очень недолго. Иначе, когда мы знакомились с островом с вершины горы Франклина, мы бы заметили обитателей острова или были бы замечены ими. Следовательно, с наибольшей долей вероятности можно предположить, что на остров несколько времени тому назад попали потерпевшие крушение. Это предположение надо как можно скорее проверить.
— Я полагаю, что тут нужна сугубая осторожность, — заметил журналист.
— Согласен с вами, — сказал инженер. — К несчастью, можно опасаться, что на остров попали малайские пираты.
