Каким бы близоруким и необдуманным ни было поведение Англии в этой лживой системе, с нашей стороны было бы не менее недальновидно отвечать на него взаимными обвинениями. Я имею в виду не быстрое и решительное выступление в защиту нашей страны либо суровое бичевание клеветников, но намекаю на склонность отвечать тем же, обмен колкостями и внушение предрассудков, которые, похоже, широко распространились среди наших авторов. Мы должны беречься подобной несдержанности, ибо вместо того, чтобы загладить обиду, она лишь удваивает зло. Нет ничего проще и притягательнее отповеди оскорблению или желчной насмешки, да только такое соревнование ничтожно и не приносит никакой пользы. Это выбор нездорового ума, скорее впавшего в мелочное раздражение, чем воспламененного праведным негодованием. Если Англия желает проявлять мелочную зависть в торговле и мстительную враждебность в политике, ронять достоинство своей прессы и отравлять колодец общественного мнения, не следует подражать ее примеру. Она, возможно, считает, что, плодя заблуждения и порождая неприязнь с целью сдерживания эмиграции, действует в своих интересах – нам же нет смысла им помогать. Нам также не требуется потакать духу национальной зависти, ибо в соперничестве с Англией мы до сих пор оставались растущей и крепнущей стороной. Следовательно, у нас нет иного оправдания кроме удовлетворения чувства обиды и мести ради мести, но даже такая месть бесполезна. Наши остроумные ответы в Англии не публикуют, поэтому они не достигают цели, зато они поддерживают ворчливость и желчность среди наших авторов, мутят свежий поток нашей ранней литературы, сеют шипы и колючки среди ее цветков. Что еще хуже, они циркулируют внутри нашей собственной страны и, если оказывают какой-то эффект, то лишь возбуждают прилипчивые национальные предрассудки. Последнее зло заслуживает особого порицания. Нами целиком и полностью управляет общественное мнение, поэтому с особым тщанием следует беречь чистоту общественного разума. Знание – сила, а истина – знание, поэтому тот, кто сознательно распространяет предрассудки, ведет злонамеренный подкоп под фундамент могущества своей страны.
Граждане республики более всех остальных людей должны оставаться честными и непредвзятыми. Каждый из нас – частица независимого ума и независимой воли и должен иметь возможность подходить ко в сем вопросам общенационального значения спокойно и беспристрастно. Из-за особой природы наших отношений с Англией нам приходится решать с ней больше вопросов сложного и щекотливого характера, чем с какой-либо другой страной, вопросов, затрагивающих острые и легко возбудимые эмоции, и так как, по их рассмотрению, национальные меры будут в итоге определяться настроениями нашего народа, мы должны предельно внимательно очищать их от подспудных страстей и предубеждений.
Предоставляя, как это делаем мы, убежище для чужаков со всех концов света, мы должны всех принимать без пристрастия. Мы должны гордиться тем, что являем собой образец нации, лишенной национальной неприязни и оказывающей не только формальный радушный прием, но куда более редкие и великодушные знаки внимания, проистекающие из терпимости наших общественных взглядов.
Но как быть с национальными предрассудками? Это – закоренелая болезнь старых стран, подхваченная в грубые, невежественные эпохи, когда народы мало чего знали друг о друге и смотрели на соседей недоверчиво и враждебно. Мы же, напротив, обрели жизнь как нация в эпоху просвещения и философии, когда разные части обитаемого мира и различные ветви человеческого семейства подверглись неутомимому изучению и были представлены друг другу. Мы растеряем преимущества нашего рождения, если не стряхнем с себя национальные предрассудки, как стряхнули местечковые суеверия старого мира.
Но прежде всего нам не следует поддаваться возмущению и закрывать глаза на действительно превосходные и привлекательные черты английского характера. Мы – молодой народ, а потому склонный к подражанию, и в большой степени должны перенимать примеры и эталоны у существующих наций Европы. Среди них нет страны более ценной для изучения, чем Англия. Дух ее конституции наиболее схож с нашей. Наклонности ее людей, их интеллектуальная деятельность, свобода мнений, привычка задумываться о предметах, затрагивающих самые глубокие интересы и священные блага частной жизни, наиболее близки по духу американскому характеру. Все они сами по себе превосходны, ведь именно моральные устои народа заложили основу британского процветания, и как бы со временем ни износилась и ни обросла злоупотреблениями надстройка, должно быть нечто крепкое в фундаменте, великолепное в строительных материалах и устойчивое в конструкции здания, раз это здание выстояло, не шелохнувшись, наперекор всем бурям в мире.
