— Что он вам сказал? — спросил он, включая зажигание.
Таппенс открыла рот, чтобы ответить, но вспомнила слова сэра Джеймса: «Никогда не говорите все, что знаете, даже человеку, которому вы доверяете».
— Ничего, — сказала она. — Ничего особенного…
Словно молния, в ее мозгу вспыхнуло воспоминание. Юлиус в спальне миссис Вандемейер перед сейфом и ее вопрос, пауза и ответ: «Ничего». Там действительно ничего не было? Или же он что-нибудь нашел и решил оставить при себе?
Таппенс почувствована на себе взгляд Юлиуса.
— Не поехать ли нам в парк?
— Как хотите.
Некоторое время они ехали молча.
— Скажите, мисс Таппенс, — прервал молчание Юлиус, — как вы думаете, я найду Джейн?
Голос его звучал довольно холодно. Таппенс вопросительно посмотрела на него. Он кивнул.
— Да, — сказал он. — Мне не нравится это дело. Сэр Джеймс тоже потерял надежду. Я не понравился ему, но он умный парень. Я думаю, он не бросил бы дело, если бы был хоть какой-нибудь шанс. Не так ли?
— Он предложил опубликовать объявление для сиделки, — напомнила она.
— На это очень слабая надежда. Но хватит, надоело. Я почти готов вернуться в Штаты.
— О нет! — воскликнула Таппенс. — Мы должны найти Томми.
— Черт, я совсем забыл о Бересфорде, — рассеянно сказал Юлиус. — Верно, мы должны найти его. Ну, а после можно уехать… Мисс Таппенс, я давно хотел спросить вас…
— Да?
— Вы и Бересфорд… Что вас связывает?
Девушка вспыхнула.
— Я не понимаю вас.
— Что вы чувствуете друг к другу?
— Мы друзья, и ничего больше.
— Не правда! — раздраженно буркнул Юлиус.
— Неужели я произвожу впечатление легкомысленной девушки?
— Нет. Вы другая.
— О, вы начинаете говорить комплименты!
— А теперь вот что. Допустим, мы никогда не найдем Бересфорда и... и…
— Допустим. Я Могу смотреть фактам в лицо. Допустим, что он умер. Ну и что же?
— И что же вы будете делать?
— Не знаю, — тихо сказала Таппенс.
— Вы будете одиноки…
— Да, — согласилась Таппенс, чувствуя жалость к самой себе.
— А что вы думаете насчет замужества? — спросил Юлиус.
— Конечно, я надеюсь выйти замуж, — сказала Таппенс. Она помолчала. — Я могу найти какого-нибудь богача. Вы презираете меня?
— Нет, — сказал Юлиус. — А что вы думаете обо мне?
— О вас? — удивилась Таппенс. — Вы имеете в виду…
— Ну, о моих доходах…
— О, я.., я не думала об этом.
— Ну, так подумайте.
— Не могу.
— Но почему же?
— Это будет нечестно.
— Не вижу ничего нечестного. Согласен, для вас это неожиданно. Но, мисс Таппенс, вы самая лучшая девушка, которую я когда — либо встречал. Я буду любить вас. Скажите одно слово, и я положу к вашим ногам все.
— Не могу, — прошептала Таппенс.
— Потому что Бересфорд?..
— Нет, нет.
— Тогда что же?
Таппенс молчала.
— Я буду рад, если вы дадите мне ответ завтра.
— Не знаю…
— Подумайте.
— Ну, хорошо, — покорно согласилась она. Больше они не сказали друг другу ни слова до самого «Рица».
Таппенс поднялась в свой номер, чувствуя себя опустошенной после разговора с Юлиусом. Сидя перед зеркалом, она несколько минут разглядывала свое отражение.
— Дура, — пробормотала она и сделала гримасу. — Маленькая дура. Это отличный шанс. Почему бы тебе им не воспользоваться? Что тебе еще нужно?
Как бы в ответ на этот вопрос взгляд Таппенс упал на маленькую фотографию Томми, которая стояла у нее на туалетном столике.
— О, Томми, Томми, — прошептала она, — я люблю тебя и могу не увидеть тебя больше…
Но она быстро взяла себя в руки. Нельзя распускаться. Надо действовать. Надо искать Томми. А Юлиус? Что сказать Юлиусу? «О, какая я дура! — подумала она. — Я ничего не буду говорить ему. Интересно, нашел ли он что-нибудь в сейфе… И почему сэр Джеймс сказал, что…»
— Невозможно, — пробормотала она. — Невозможно! Я, должно быть, схожу с ума.
Таппенс села к столу и написала записку Юлиусу. Наверное, он еще не ушел в ресторан. Она вышла в коридор, постучала в номер Гершеймера и вошла. Там никого не было. Она положила записку на стол и вернулась к себе. У двери ее номера Таппенс ждал мальчик-посыльный.
— Вам телеграмма, мисс.
Таппенс осторожно вскрыла ее и вскрикнула. Телеграмма была от Томми.
Сознание медленно возвращалось к Томми. Где он? Что с ним случилось? Он слабо вздохнул. Нет, он не в «Риде». И что за черт, почему так болит голова?
— Проклятье! — пробормотал Томми и попытался сесть. Он вспомнил мрачный дом в Сохо. Но боль в затылке была невыносима. Томми застонал и упал на спину.
— Он пришел в себя, — раздался голос бородатого мужчины. Томми затаил дыхание. Превозмогая боль, он попытался сообразить, что же все-таки произошло. Очевидно, к нему подкрались сзади, пока он подслушивал у двери, и ударили чем-то тяжелым по голове. Значит, его разоблачили, и теперь расправятся с ним. Никто не знает, куда он ушел, так что помощи ждать неоткуда.
Томми почувствовал, что его приподнимают, и открыл глаза. Бородатый поднес к его губам стакан и сказал: «Пей». Томми повиновался.
Его положили на кушетку в той комнате, где собралась вся компания.
— Стало лучше? — спросил бородатый.
— Да, спасибо, — ответил Томми.
