Тыльной стороной затянутой в перчатку руки Эдана ударила Траггета по щеке.
— Мирной жизнью? Владея такой силой? Как ты думаешь, сколько времени пройдет, прежде чем им наскучит мирная жизнь? Сколько времени пройдет, прежде чем они появятся у ворот храма с обученными ими Избранными, с мистиками, стремящимися уничтожить величие Пир? Только мы должны владеть этой силой, иначе нам придется всю жизнь озираться в страхе.
— Да, матушка, — ссутулившись, сказал Траггет. Эдана с минуту смотрела на него, потом сняла перчатки и, теребя их, проговорила:
— Я давно знаю, что ты собрался в Мнумантас. Я каждую ночь наблюдала за тобой, читала твои сны и слушала твое бормотание. Гален и его спутники много дней шли к старым руинам — и мои абот-секи тоже.
Эдана подняла голову. Траггет совсем сник.
— А теперь ответь, только сперва хорошенько обдумай свой ответ, дитя.
«Голова или сердце», — подумал он.
— Ты куда-то собирался. Куда?
Голова или сердце?
— Я думал найти Галена, — ответил Траггет, глядя в пол. — Хотел привезти его сюда.
— Хороший мальчик! Умница! — Эдана взяла в ладони его мокрые щеки, повернув к себе его лицо. — Ты — судьба Пир, сын мой. Я видела это! Тебе больше не нужен тот дурак. Мы позаботимся о нем и о его друзьях, как того требует их судьба.
Над Храмом раздался рев дракона. Васска не спал, он парил в ночи.
— Ты исполнишь свое обещание и отправишься в Мнумантас, — сказала Эдана с жутковатой улыбкой, — и караван тебе не понадобится. Я знаю, как попасть туда быстрее.
Беркита стояла на балконе, сжимая в руке записку, которую ей только что передали, и смотрела в ночь. Южные степи отсюда были еле видны, и все равно она смотрела туда, куда она вскоре отправится. Туда, где ее ждет Гален.
На плечи Беркиты был накинут дорожный плащ, все свои вещи она уже уложила. Скоро Траггет придет за ней, и кошмар ожидания кончится. Она отправится к Галену, а потом они вместе вернутся домой. Может, тогда ее недомогание пройдет.
Она смотрела в ночь и ждала стука в дверь.