Звуки эти были так чужды человеческому уху, что требовалось специальное обучение, чтобы просто распознать в них речь. Драконы говорили не только с помощью языка и глотки, но и с помощью скрежета чешуи, пощелкивания когтями, засасывания или выдувания жидкости, скопившейся между языком и нёбом.
Но Говорящие с Драконами прекрасно знали — общаться с этими существами очень трудно не только благодаря жутковатым звукам их речи. Драконы мыслили понятиями, совершенно отличными от человеческих. Большинство людских проблем — жизнь, смерть, любовь и богатство — были для них абсолютно непостижимы. Ход их мыслей настолько отличался от хода мыслей людей, что до того, как Говорящие с Драконами нашли с ними общий язык, ни драконы, ни люди не считали друг друга разумными существами.
Для драконов главными в жизни являлись жадность, власть, способность выжить и гордость.
— Эдана! Знамение сонный дым Васска теперь пари Сатинка будущее результат узнать?
Пари! Траггет все понял. Васска хотел знать, чем закончится его спор с Сатинкой, королевой-драконом запада. Ставка была высока: проигравшему придется спариться с другим для произведения потомства. Драконы спариваются, только если у них нет выбора, поэтому неудивительно, что Васску так интересовало, что предвещает пророчество.
Эдана встала с трона и с трудом заговорила. Человеческий голосовой аппарат — очень хороший инструмент, но некоторые звуки он воспроизвести просто не может. Однако у Эданы был большой опыт, а Васска давно привык к ее ужасному акценту.
— Васска повелитель! Знамения сонного дыма говорю. Полет двух драконов вижу! — прохрипела Эдана. — В небе один. Поле красная человеческая кровь. Завоевание Васски ослепить светом... Дракон Сатинка унижена. Ослепительный свет.
Траггет удивленно распахнул глаза. Он прекрасно понял слова Эданы.
Васска был драконьим королем, потомком неба и создателем мира. Первосвященница лгала их богу.
Стук закрывшихся за ними дверей все еще отдавался эхом по верхней галерее, когда Траггет наконец заговорил.
— Ты солгала, — сказал он без обиняков.
Он молчал, пока Эдана подробно описывала нависавшему над ними дракону видения и знамения. Ни одно из этих описаний даже отдаленно не напоминало то, что он видел в сонном дыму. Довольное словами Эданы, гигантское чудовище опустилось обратно во тьму; тогда первосвященница повернулась и жестом велела молодому инквизитору следовать за собой.
Он молчал, пока они шли через пещеру, поднимались в плетеной клетке и долго шагали через нефы в церемониальный зал.
Теперь, когда они добрались наконец до верхних галерей Храма, принадлежавших первосвященнице Васски, Траггет наконец заговорил:
— Ты солгала создателю миров?
— Ничего подобного, — с притворным возмущением ответила Эдана.
Тревога молодого человека ее забавляла, и она играла с ним, как кошка с пойманной мышью. Уверенно шагая по коридору, она продолжала твердо и властно:
— Я описала Васске истинное видение, свидетелем которого была вчера. Я просто не сказала ему о сегодняшнем видении, вот и все.
Траггет шел за ней, ступая по отполированному полу; их шаги звонким эхом отдавались в анфиладе. Казалось, резные каменные фигуры с фриза ажурного потолка с интересом смотрят на людей. И то был уже не первый раз, когда за ними следили каменные фигуры. Возможно, потому что аботы болтались неподалеку и, невидимые и неслышимые для других, сами все видели и слышали.
Траггет снова негромко заговорил, руки его подрагивали под длинными рукавами одеяния.
— Но видение... Я же сам... И ты тоже видела...
— Конечно видела, Траггет! — резко отозвалась Эдана. — Возьми себя в руки! Ты — инквизитор Пир, а не хнычущий мальчишка-пилигрим. Пора тебе усвоить, какое положение в мире ты занимаешь и какую это налагает ответственность.
— Да, госпожа, — тихо ответил Траггет, но пальцы его все еще дрожали, когда он открывал большую дверь в конце коридора.
Он придержал дверь, пропуская вперед Эдану, и та пристально посмотрела на него, прежде чем войти. Траггет последовал за первосвященницей и тщательно закрыл дверь.
Гостиная была просторной и богато обставленной. Потолок украшала прекрасная роспись, изображавшая небо. Почти всю противоположную стену занимал большой камин, несколько дверей вели в личные комнаты Эданы.
В комнате было полно предметов митанласского антиквариата, самыми разными путями попавших в коллекцию первосвященницы. Кроме них, однако, здесь были и вещи из более далеких земель, лежащих за пределами Хрунарда, — например, шлем гнома, привезенный с гор за западными границами, или пара древних ярких гобеленов из-за Пустошей. Три карты, найденные на заброшенном корсаре в Индрахолме, изображали побережья земель, неизвестных ни одному из капитанов торгового флота Пира.