Полный рассказ о жизни Рюрика занимает в германских летописях в десятки раз больше места, чем суммарно все упоминания о нем в российских источниках, он точен в деталях и упорядочивает историю тех давних событий. Все, ранее казавшееся странным или абсурдным у российских сказителей, сразу обретает смысл. Кстати, и шведские летописи в рассказах о Рюрике полны нелепиц, ибо и для шведов Рюрик тоже был иностранцем.
А далее было так. Какая-то часть ободритов-русинов мигрировала в созданный ими Новгород. В середине 1980-х годов столп советской исторической науки В. В. Седов установил в ходе раскопок в Новгороде, что колония Рюрика была антропологически славянской, а сами эти славяне аналогичны славянам из могильников Нижней Вислы и Одера: «Таковы, в частности, славянские черепа из могильников Мекленбурга, принадлежащие ободритам», - писал Валентин Седов.
Но основная часть ободритов осталась в исконной Руси Полабья. «Русь» как название провинций славянской Германии было общепринято. Например, провинции Рейс и Рейсланд, то есть Русская земля, существовали на территории проживания онемеченных славян до 1920 года.
Самое интересное в этом вопросе заключается в том, что считать наследием княжеской власти. Россияне полагают, что «Рюрик стал первым русским князем», и придумали «династию Рюриковичей» как суррогатную замену настоящей ветви русских князей. Это, конечно, абсурдно, ибо Рюрик не выдумал Русь, а правил ею — страной Рустинген — еще у себя на Родине. Он сам был отпрыском старых князей Руси.
И самое главное: с созданием им колонии русинов-ободритов русская княжеская власть в Рустингене-Руси никуда не исчезала! Как я уже писал, в «Генеалогии королевы Ингеборг» (вторая половина XII века) супруга короля ободритов и герцога Шлезвига Канута II Ингеборга именуется дочерью «могущественнейшего короля русов» Изяслава. Резиденция королевского дома русинов-ободритов находилась в Любече (современный Любек). Сын Канута II и Ингеборги Вальдемар впоследствии стал датским королем (1157—1182). То есть повторил судьбу Рюрика — русского славянского князя, правившего Данией.
Но исконная Русь с веками растворялась в Германии. И в 1402 году, как сообщают немецкие летописи, на острове Русин (Рюген) умерла последняя женщина, говорившая по-славянски (по-русски). Фамилия ее была — Голицына!
* * *
Как отмечал еще В. Н. Татищев, Русь шла в земли будущей России и Украины не только со стороны колонистов-ободритов Рюрика (пусть они и смогли славянизировать земли Новгородчины). Еще до призвания Рюрика Киев уже был русским — его вслед за Галицией и Волынью русифицировала Карпатская Русь со столицей в Кеве (ныне в Венгрии). Поэтому посланные Рюриком в завоевательный поход Аскольд и Дир, придя в земли Киева, узнали к своему великому удивлению, что Киевом правят русские князья другой Руси (а Русей-Рутений тогда в Центральной Европе было около десятка — и славянских, и готских, и смешанных варяжских).
Тут надо упомянуть еще одно популярное заблуждение: дескать, Рюрик и его ободриты стали основой для русификации всех земель будущего СССР. Это не так, русификатором выступил именно Киев — который был русифицирован с Запада намного раньше прихода Рюрика и цивилизационно был намного мощнее Новгорода. Фактически князья и попы Киева воспользовались тем, что ободриты стали славянизировать финнов будущей Московии, — и пошли, как говорится, по «проторенной лыжне».
Власть над этими землями захватил именно Киев, а не Новгород Рюрика (а почему так вышло — огромное белое пятно в исследованиях историков России, они эту тему не хотят изучать). И язык Киевской Руси — вовсе не язык ободритов Рюрика, а именно тот язык, который и ныне мало отличается от украинского. Но изначально отличался от языка ободритов.
Недавно академик В. Л. Янин сообщил читателям журнала «Наука и жизнь» в статье «Истоки новгородской государственности»:
«Установление суммы отличий древненовгородского диалекта, естественно, направило исследовательскую мысль к поискам аналогов этим диалектным признакам в других славянских языках. Результатом таких поисков стал вывод о том, что исходная область славянского заселения Псковского и Новгородского регионов находилась на территории славянской южной Балтики. Именно в языках живших здесь славян, в первую очередь в лехитских (древнепольских), обнаружена сумма аналогов древненовгородскому. Этот вывод совпал с капитальными наблюдениями над древностями курганов и поселений недавно ушедшего из жизни выдающегося исследователя древнего славянства академика Валентина Васильевича Седова».
