Что касается морского пути, то земли вокруг Баб-эль-Мандебского пролива и Аденского залива посещались египетскими моряками, как уже говорилось, с III тысячелетия до нашей эры. Они направлялись в страну ароматов, Пунт. По всей вероятности, в начале I тысячелетия до нашей эры семиты, выходцы из Южной Аравии, переплыли Красное море и, поднявшись в район порта Аду-лис, добрались до эфиопских плоскогорий, где более прохладно и зелено, чем в остальном регионе, и обосновались в тех местах.
Порт Адулис был построен в III в. до н. э. Птолемеем Эвергетом для торговых целей в том месте плато, где оно подходит к самому морю. Слоновая кость и ароматические масла обменивались здесь на товары средиземноморских стран: ткани и предметы роскоши.
Мы располагаем недостаточными археологическими данными, относящимися к этому первому периоду. О более ранних временах сейчас стало возможно судить по руинам Ехи на восток от Адуа. Самой значительной постройкой мбжно считать храм размерами 20 на 15 метров, ориентированный на восток и выстроенный из огромных полированных блоков. Его можно отнести к V в. до н. э. Более поздними являются постройки, найденные в Аксуме, древней политической и религиозной столице этого края. Могущественное государство, воспринявшее культуру Южной Аравии, развивалось тут с начала нашей эры, если верить заметкам Птолемея и «Перипла Эритрейского моря».
Мы, к сожалению, мало знаем об этом периоде, о правителях, которые воздвигали громадные стелы до 33 метров в высоту, а также погребальные памятники, отличавшиеся оригинальным стилем и относящиеся к IV в. до н. э., каменные жертвенники и большие дворцы типа Таака Мариам (80 на 12 м), и других, которые сделали Аксум единым архитектурным ансамблем. Упомянем еще и о надписях в Эзане на греческом и гээз языках и множество монет.
Переход к христианству в 340 году укрепил связи этой страны со средиземноморским миром, Константинополем и особенно с патриархатом Александрии. Эфиопская церковь сотрудничала с ним вплоть до 1951 года!
В VI веке царство Аксум вступило в союз с Византией против государства гимиаритов в Южной Аравии, находящегося под властью персов, причем активно использовало при этом свой флот в Красном море.
Но все же отнюдь не от истоков Нила знали древние Африку, как сообщает нам Марин Тирский, рассказывая о плавании Диогена (перед 54 г. до н. э.) вдоль восточноафриканских берегов: «Озера, в которых берет начало Нил, расположены в Лунных горах (г. Рувензори —
После заметного апогея ценных сведений, который виден в «Географии» Птолемея, наблюдается некий информационный провал, объясняющийся, по-видимому, отступлением римлян, которые направили свои военные силы в Европу и Азию для отражения нападений германцев и парфян. Диоклетиан во II веке укоротил линию обороны в Египте, как он делал прежде, отведя границы к Асуану.
После перехода в христианство абиссинцев Аксума в четвертом веке, а затем и нубийцев в пятом, продолжали укрепляться связи с византийской империей: Козьма Индикоплов посетил Адулис и дал сведения об Аксуме (547 г.) и, с другой стороны, Прокопий Цезарийский около 550 г. в своей «Истории юстинианских войн» говорит о политике Константинополя в отношении блеммиев и эфиопов Аксума.
Внутренняя Африка
к западу от Ливийской пустыни
Совсем иначе стояла задача освоения Африки к западу от Ливийской пустыни. Вместо двух больших маршрутов — долины Нила и Красного моря, позволяющих преодолеть барьер пустыни в наилучших условиях, здесь повсюду, куда ни двинься, — Сахара.
Кроме Марокко и восточного Алжира, римляне включили в свою империю всю северную Африку, «полезную», годную под обработку и, как уже говорилось, возвели на юге укрепления, лимес, против местных племен; следы этих фортификационных сооружений видны и сегодня.
О землях, лежащих за этими укреплениями, имелись весьма неопределенные сведения. Античный греко-римский мир практически не имел доступа туда вплоть до падения Карфагена в 148 г. до н. э. До этого пунийцы (финикийцы-карфагеняне) ревниво охраняли берега и только крупицы сведений попадали к грекам из Киренаики, колонизированной ими еще в VII в. до н. э.
Историку Геродоту мы обязаны первыми сведениями, правда, не очень точными, о Сахаре. Он нам рассказывает о народах, живущих в пустыне и к северу от нее, о флоре и фауне страны, продуктах питания, божествах… В процессе повествования он цитирует отчет о путешествии, которое совершили пятеро сыновей правителя племени насамонов с целью исследования Ливийской пустыни.
