– Где-то деньги нужно на билеты взять, – зачесал затылок Иван.
– Вот это не наша проблема, – отрезал Лука. – Ты уж как-нибудь все делай сам.
Пока Иван пытался дозвониться до Москвы, чтобы выслали деньги, Ахмед исчез. Оказывается, с ресепшен можно было связаться не только с любым городом Египта, но и с любой страной. Вспомнив, что Сибилла брала с собой огромную сумму в евро, Иван обыскал ее номер. В апартаментах Сибиллы было все перевернуто, валюта пропала, впрочем, как и все ценные вещи целительницы.
Выручила Фаина, она прислала деньги, которых хватило не только на билеты, но и на проживание в отеле, пока полицейские вели следствие. Друзей Сибиллы долго и тщательно допрашивали. Пытались в подземелье раскопать тела погибших, но произошел новый обвал и рабочие оттуда еле ноги унесли.
Ахмед оказался известным жуликом с тюремным стажем, его давно разыскивали правоохранительные органы не только России и сопредельных стран, но и Интерпол. Его неоднократно показывали по телевидению, может, поэтому Луке его лицо показалось знакомым. Ахмед опять был в бегах, и опять опасный преступник, словно телезвезда, мелькал на голубых экранах.
Проклятия фараонов возымели свое действие, и Матвей с Дианой заболели пещерной болезнью, свалились с высокой температурой. Египетским врачам пришлось изрядно потрудиться, чтобы поставить их на ноги.
Полиция закончила следствие, и друзей Сибиллы отпустили. И наконец они вернулись в Москву.
Диана проснулась в воздушно-мягкой постели, открыла глаза и, увидев привычную обстановку, замерла от счастья. Наконец она дома, все жуткое, что они пережили в Египте, позади. Но понежиться ей не пришлось. Назойливо затренькал телефон. Эльза напомнила, что через неделю сорок дней со дня смерти Сибиллы, и затараторила:
– Лука предлагает помянуть Сибиллу, он уже с Фаиной все обговорил.
– Уже сорок дней! Как время быстро пролетело! – ужаснулась Диана. – И что Фаина по этому поводу сказала?
– Обещала время поминок с Иваном согласовать и всем сообщить.
– И как они без Сибиллы живут?
– Да так же, как и с ней, припеваючи, – хохотнула Эльза. – Ты лучше скажи, как муж тебя встретил?
– Бывший муж, – поправила ее Диана.
– Какая разница, – беззаботно бросила Эльза.
– Никак, они с Алькой на гастролях, по стране ездят, деньги заколачивают. Целое послание мне на столе оставили.
– Тебе же лучше, отдохнешь без них, в себя придешь.
– Боюсь, не получится, – вздохнула Диана. – Работы полно.
– Работа не волк, в лес не убежит, – серебристо рассмеялась Эльза.
На следующий день Фаина пригласила Диану на поминки.
В субботу после полудня Диана входила в знакомый подъезд.
Увидев Диану, Фаина растаяла, словно мороженое в сильную жару. Улыбаясь, она растроганно зажмурилась и нежно обняла Диану.
– Осиротели мы без нашей благодетельницы, – слезливо приговаривала она. – Вот уж сорок дней как нет с нами нашей голубки…
Гости в полном составе чинно сидели за накрытым столом. Фаина с Иваном позвали только тех, кого Сибилла приглашала на поминки – сорок дней со дня смерти Ладо.
Не сговариваясь, все заняли места, на которых сидели последний раз.
Иван с Фаиной постарались от души, и стол ломился от яств и дорогих спиртных напитков.
Кресла Сибиллы и Ладо сиротливо пустовали.
Роль хозяина взял на себя Иван Сидоркин. Встав, он поднял наполненный вином бокал. Безмятежное, довольное выражение его румяного лица никак не вязалось с траурной речью. Диане почему-то вспомнились Доминикана, золотой закат, лодка и пророческие слова Сибиллы. Кого же она так опасалась? Диане тогда показалось, что она намекала на кого-то из своей свиты. Интересно, на кого? Диана украдкой взглянула на Фаину. Черный дорогой изысканный костюм от модного итальянского модельера выгодно подчеркивал пышные прелести помощницы Сибиллы. Ее пальцы были унизаны золотыми кольцами с драгоценными камнями. В ушах красовались серьги с крупными бриллиантами. Раньше таких дорогих украшений Диана на Фаине не видела. Беспрестанно вздыхая, Фаина лицемерно закатывала глаза, изображая скорбь. Но время от времени она забывалась и необъяснимая счастливая улыбка блуждала на ее лице. Видимо, главные помощники Сибиллы не сильно горевали, потеряв свою хозяйку. Лишь молодые атлеты Саша и Паша были печальны.
После Ивана, горестно нахмурившись, слово взяла Фаина.
– Сибилла часто говорила мне, что ближе, чем я, у нее человека нет, она любила меня и была мне вместо матери, – прижала она руку к сердцу, – а как я любила Сибиллу! Великую целительницу, ясновидящую, гениальную женщину. Таких, как она, в мире нет и не будет! Скольким людям она помогла… – От избытка эмоций Фаина пустила слезу, словарный запас у нее закончился, она замахала руками и хлопнулась на место.
– Как же вы теперь без кормилицы будете жить? – с показным сочувствием покачал головой Лука. – На что?
Фаина открыла рот, чтобы ответить, но Иван опередил ее:
– Да, трудно нам без нашей Сибиллы, но будем как-то выживать.
