— Он высокий, у него королевская осанка, — начала считать, загибая пальцы Глория. — Его голос завораживает тебя настолько, что все мысли из головы сразу же вылетают. Ему очень идут длинные волосы. Он уже в зрелом возрасте, но до сих пор не женат, потому что хранит память своей умершей невесте. Он восхитителен…
— Все-все, остановись, — поспешно прервала сестру Лидия. — Я уже поняла, что герцог Вельф в твоих глазах божественен. Но прошу, не нужно мне об этом так страстно рассказывать. Вдруг я тоже влюблюсь в него?
Глория недовольно посмотрела на младшую сестру. Ей не нравилось, когда ее перебивали. И еще больше ей не нравилось, когда на нее не обращали внимания.
— Неплохая партия, — оценила мадам Деллоуэй. — Однако я, помнится, слышала другую версию о его невесте. Якобы он сам ее убил, потому что жениться не хотел. Всем было известно, что Северин Вельф и Сесилия Дамберг друг с другом не ладили. А у жениха, говорят, очень вспыльчивый характер…
— Это все глупости, мама, — беспечно отмахнулась от ее слов Лидия. — Мы же видели его сегодня за ужином. Очень сдержанный и хладнокровный мужчина. Папе не помешало бы подучиться у него сокрытию эмоций, а то он все время проигрывает мистеру Бейкеру в карты.
— Да, впрочем, если и не слухи, дорогая, то это абсолютно не важно, — также легкомысленно, как и младшая дочь, произнесла мадам Деллоуэй. — Главное, что Его Светлость имеет огромное состояние, занимает пост Второго Советника является титулованным аристократом, а также любимцем Его Императорского Величества Артура V. Глория, девочка моя, если сумеешь поймать его в свои любовные сети, то тебе никогда больше не придется краснеть за то, что твое платье к ужину то же, что было вчера за завтраком. Ты будешь купаться в роскоши, жить со своим блистательным мужем в столице, а я буду приезжать гостить к вам каждый год. Уже представляю, как он зовет меня мамой!
«У maman такая буйная фантазия», — с раздражением подумала Лидия. Девушке вообще не нравились все эти разговоры про замужество и свадьбу, особенно в исполнении ее родительницы. К тому же известие о предмете нежной страсти старшей сестры ее изрядно встревожило. Герцог Вельф не выглядел подходящей партией для юной и неопытной девушки, пускай и такой вертихвостки, как Глория. Младшая из сестер чувствовала в его поведение какую-то притворную мягкость и оттого посчитала этого мужчину весьма опасной персоной, что, впрочем, было заметно и по выбору гостей. А еще девушке почему-то показалось, что сердце Его Светлости прочно и надежно занято на очень долгое время.
— …А Марту и Лидию мы нарядим в прекрасные ткани из южных стран и найдем им достойные партии на рождественском императорском балу. Мужем Лидии будет всеми признанный ученый, а мужем Марты станет знаменитый на всю страну сыщик… Кстати, Марта, — игривым тоном, какой возникал всегда, когда она выдумывала очередное будущее, произнесла мадам Деллоуэй, — кто из молодых людей тебе больше всего понравился?
Марта вздрогнула от этого странного тона, отвлеклась от книги и посмотрела на maman. Девушка прекрасно знала, что если назовет имя юноши из компании молодого Вельфа, то все рождественские праздники ей придется провести вмести с ним, чинно беседую о погоде, потому что выдумать другую тему, которая удовлетворила бы все требования этикета, для девушки не представлялось возможным. А если матушке надоедят эти вежливые и крайне скучные расшаркивания, то есть вероятность и вовсе оказаться запертой вместе с молодым джентльменом наедине в какой-нибудь тесной комнате, что, естественно, вызовет в светском обществе большой скандал и повлечет за собой немедленную помолвку. Наученная горьким опытом своей любимой кузины, средняя сестра умела быть очень осторожной. Потому, мечтательно закатив глаза, она произнесла почти чистую правду:
— Мне понравился тот юноша, что прислуживал хозяину ужина. У него такие длинные красивые пальцы! Я уверена, он прекрасно умеет играть на рояле или клавесине. Его черты лица прекрасны! А волосы? Столь восхитительных локонов цвета ванили нет ни у одного мужчины во всей Истангии!
— Но он же простолюдин! — возмущенно прервала ее мадам Деллоуэй.
— Ну, и что? — как будто в недоумении спросила Марта, поправляя очки. — Я слышала, что он тоже учится на следователя. К тому же, какое значение имеет его положение в обществе для настоящей любви? Все прах и тлен, лишь чувства вечны!
— Никогда не бывать тому, чтобы моя дочь вышла замуж за какого-то слугу! Ты не посмеешь опозорить…
Лидия инстинктивно прикрыла уши и молниеносно выскользнула из комнаты. Марта в очередной раз разозлила maman своей деланной наивностью. Глория, как обычно, осталась наблюдать за спектаклем. Подобные зрелища доставляли старшей сестре истинное удовольствие.
