– Хорошо на Луне, там нет никаких вулканов, – задумчиво пробормотала Света.
Зоя приглушенно рассмеялась.
– Увы, должна тебя расстроить. Вулканы есть везде. Вспомни Луну хорошенько, она же вся исчерчена кратерами. Самые большие вулканы из известных до сих пор человечеству находятся на Марсе. В поперечнике они больше, чем расстояние от Москвы до Ленинграда. Вулканы есть на Меркурии и Венере, так что наша планета не уникальна в этом.
– Зачем они вообще нужны?
– Астрофизики считают, что вулканическая активность поспособствовала появлению жизни. Возможно, именно вулканы помогли сформировать нашу атмосферу и гидросферу, когда выбросили достаточное количество углекислого газа и водяного пара.
– Ну, этого уже не узнать, как у нас появилась жизнь! – Света зевнула.
– Не скажи. Сейчас ученые вовсю экспериментируют, пытаясь воссоздать те условия. Вот, например, двенадцать лет назад из-за извержения подводного вулкана у юга Исландии появился остров Сюртсей, на нем с тех пор проводятся научные исследования.
– Мы поняли, вулканы, по-твоему, это жизнь. По местному пейзажу даже не скажешь. Километры и километры черной лавы и шлака. Если так же на других планетах – там просто скучно! – Нина шутила над Зоей.
– Тебе, может, и скучно, а я бы с удовольствием посмотрела на самый высокий вулкан Солнечной системы, марсианский вулкан Олимп, который выше двадцати километров. Или побывала на спутнике Юпитера Ио. Только представьте: он извергается на триста километров в высоту!
Света уже давно тихо посапывала.
– Ты молодец, отлично умеешь убаюкать. – В сонном голосе Нины слышалась улыбка. Губы Зои тоже дрогнули в улыбке.
Уснуть у нее не получалось. Она прислушивалась к тому, что происходило снаружи, и иногда до нее долетали обрывки приглушенных разговоров мужчин и треск костра. Где-то вдали ухала сова, на полог палатки ложились тени. Тихо шуршал шлак, будто кто-то ходил мимо лагеря. От этого шелестящего звука сжимался живот, ей казалось, что убийца вот-вот выхватит нож и прорежет ткань, а затем и ее спальник. Когда она почти задремала, раздался резкий крик ворона. Пронзительный, неприятный. Был ли он вообще или примерещился после слов Виктора про Кутху?
В ее жизни все было по плану, все хорошо организовано и подготовлено, и все же она оказалась за полторы – две сотни километров от людей, на вершине горы, в палаточном лагере, в нескольких метрах от убийцы. А возможно, и от чего-то большего, чем один человек. В голову постоянно приходили Нинины рассказы.
А ведь всего этого могло бы и не быть. Проклятые эмоции!
Всего каких-то шесть дней назад она ушла от отца.
Когда незнакомая женщина открыла ей дверь, улыбка быстро сбежала с лица Зои. Она с опаской смотрела на незнакомку. Полная, немолодая, в простом цветастом халате и дырявых тапках.
– П-простите, это квартира Георгия Зуева? – Голос дрогнул.
– Да, проходите, Зоя. Мы вас ждем. – Незнакомая женщина назвала ее по имени, будто больно ударив тяжелой красной рукой по щеке.
«Может, это коммуналка? Ему не дали подходящего жилья, и отец просто не хотел расстраивать нас с мамой?» – В голове Зои толпились версии, которые бы объяснили эту нелепую тетку, которая знала ее по имени и хозяйничала в квартире отца.
Гнев на тетку был таким сильным, что в глазах потемнело, как только она ступила в прихожую. Зоя схватилась рукой за вешалку. На ней висел старый отцовский дождевик. Брезентовый плащ, весь выцветший. Раньше нижняя пуговица вечно была оторвана, и мама постоянно ругала отца за то, что он не чинил его. Теперь на месте обрывка нитки вызывающе блестела новая пуговица, крепко пришитая нитками в тон брезента.
Идиотка. Решила сделать сюрприз отцу, приехать после сессии к нему в далекий Петропавловск-Камчатский. Вылетела наутро после последнего экзамена. Планировала показать табель с оценками, поговорить о том, что тоже хочет через пару лет найти работу рядом с ним на полуострове. О том, в каких уголках здесь ведутся разведывательные работы и сколько полезного можно сделать в таком богатом и еще так мало исследованном уголке страны. Три дня пути, ночевки неизвестно где, чудом уцелевший рюкзак. Лучше бы она этого не видела, лучше бы не летела.
Как приехала, сняла рюкзак и села на стул в коридоре, так и не вставала до прихода отца. С гордой прямой спиной и белым от злости лицом. Он пришел через пять минут – не был готов к их диалогу. Сам ее приезд заставлял его оправдываться.
– Ты пойми меня! Я здесь один, пашу в море с редкими выходными. Посмотри же на меня! – Зоя действительно не смотрела на отца.
Она тряхнула головой, поправила рукой челку и наконец подняла глаза на отца. В ее взгляде была уже не злость, а плохо скрываемая обида и нескрываемое презрение.
– Лида из-за тебя на ночь глядя гулять пошла.
– Вот и пусть себе домой идет! – По лицу отца скользнула было тень облегчения, но Зоя быстро уточнила: – К себе домой.
