Древняя цивилизация, скорее всего, развивалась целостно. И кухня вместе с ней. А значит, во всех регионах должны были существовать блюда, схожие по форме и содержанию. К примеру, на Руси было блюдо из теста с начинкой под названием «ушки». А известно, что угро-финское слово «пельмени» переводится как «ушки из теста».

Если идти к Востоку, то мы видим, что русские пельмени близки к среднеазиатской чучваре и мантам, туркменскому бореку, грузинским хинкали и индийским палак момо – так называются пельмени с начинкой из шпината.

Такие параллели не могут быть случайными.

Павел Сюткин:«Сотни, тысячи лет эти продукты используются у нас, они активно живут на нашем столе. К сожалению, беда русской кухни в том, что она стала жертвой стереотипных представлений о ней как о посконной и домотканой домостроевской кулинарии, состоящей из каш, щей и блинов. И как будто ничего не было, как будто не было последующих веков».

Но кто создал этот стереотип? Кухня любого народа – это прежде всего часть его истории. А что такое история государства Российского? Сложный путь, окутанный тайнами, связанными как с внутренней борьбой за власть, так и с желанием иноземных государств разобщить Россию, уничтожить ее культуру, навязать свои ценности, в том числе и в сфере питания.

Уже в XVIII веке известный историк кулинарии Василий Левшин с горечью писал о русской кухне как о чем-то забытом. Он утверждал, что недорогая, простая русская еда вынуждена под чьим-то влиянием уступать многосложным, убыточным, вредным для здоровья чужеземным блюдам.

Складывается впечатление, что какие-то влиятельные круги разными способами сознательно истребляли знания о здоровой старорусской кухне. Так ли это? И почему многие зарубежные и отечественные ученые, в числе которых был Ломоносов, пытались доказать, что история Древнего мира и Древней Руси была придумана и переписана в Средние века.

Михаил Бородачев:«Любая древняя книга, переписанная многократно, имеет массу адаптированных искажений в угоду существующему порядку».

Мало кто знает, что кремлевская кухня советских времен черпала вдохновение от княжеских застолий X–XIII веков. Высокопоставленные иностранные гости, приезжавшие в СССР, всегда были шокированы изобилием столов на кремлевских банкетах. Множественные заливные, холодные и горячие закуски перемежались с ананасами и другими фруктами. Тетерева и жареные поросята соседствовали с раками, а также с черной и красной икрой. А селедка под шубой была окружена блюдами из лососины и белуги. Взгляд манила и севрюга горячего копчения, нарезанная так ровно, так тонко, будто под микроскопом.

Виктор Беляев:«Вот, допустим, нарезка ассорти рыбного. Когда вы режете севрюгу горячего копчения или бок белужий, вы должны одним махом отрезать кусок. А если вы сделали один надрез, второй, и если на куске появилась так называемая ступенька – видно лезвие ножа, – это блюдо браковалось».

Во время приготовления кремлевских блюд выдерживались строжайшие стандарты. И кушанья из рыбы не были исключением.

Виктор Беляев:«Когда зачищали рыбу, было жалко: столько качественного продукта в отходы уходило. С севрюги горячего копчения снимали кожу, а потом, когда пластовали на два филе, и хрящики снимали, и животик – самый вкусный – отрезали. И то же самое с лососиной, с боком белужьим. Зачищали так, что были килограммы этих обрезков. И мы кормили солдат, офицеров, службу обеспечения, электриков. Для них это был праздник, когда дашь им килограммчик этой рыбки. В магазине ничего подобного не было. Вот такие были требования советской кухни в Кремле».

Перейти на страницу:

Все книги серии Военная тайна

Похожие книги