– А! – произнесла Мария, и ни одна черта ее лица не выразила удивления. – Это все, что вы хотели мне сообщить?
– Я удивлен вашим безрассудством.
– Моим безрассудством?
– Как! Вы обращаетесь к этому честнейшему человеку, моему зятю, кстати, вдвойне обязанному, так как я не только дал ему такую подругу, но предоставил еще и положение, вполне соответствующее его честолюбивым мечтам…
Улыбка Меси была полна жестокой иронии.
– И вдруг, – продолжал он, – вы предлагаете мистеру Барнету предоставить вам возможность погубить меня… предполагая, что это возможно… Какое безрассудство!
– Подлец, – прошептала Мария.
– Зачем же так называть его, скажите, пожалуйста? Его поступок совершенно естественен и вполне логичен. Гуго Барнет – человек благодарный, в чем вы не можете сомневаться, и он доказывает мне свою благодарность, предупреждая о грозящей опасности…
– И что же вы решили предпринять?
– Ничего особенного, дорогое дитя мое, – произнес Меси металлическим голосом, – я уже встречал на своем пути людей, имевших смелость нападать на меня… И знаете, как я называл их?
Он остановился на минуту, как бы ожидая ответа. Мария молчала, упорно остановив на нем глаза.
– Вы не отвечаете? Ну так я скажу вам… Я называл их сумасшедшими…
– Ну и что?
– А то, дорогая моя, что в данном случае я не ограничусь личным мнением по этому поводу. Я зафиксирую ваше помешательство законным путем.
Мария выпрямилась на своих кривых ногах, и зрачки ее расширились от ужаса.
– Что вы хотите сказать? – вскрикнула она. – Какую новую подлость вы замышляете?
Меси позвонил.
– Передайте доктору Биллингтону, что он мне нужен!
Через минуту в кабинет вошли Бам и доктор Биллингтон.
Его гладко выбритое лицо было окаймлено длинными, белыми как снег бакенбардами, а вокруг блестящего черепа вились такие же белые локоны. Щеки были покрыты легким пушком, как у молодой девушки. Гладкий лоб. Мягкое выражение голубых глаз… Безукоризненный костюм. Доктор подошел к Меси с развязностью ученого, считающего себя равным сильным мира сего, и горячо пожал руку банкира.
Меси бросил на него многозначительный взгляд.
– Доктор, – сказал Меси, – мы знаем, что вы – светило науки, и потому я обратился именно к вам, чтобы вы разрешили задачу, весьма волнующую меня…
Банкир встал и сделал шаг к дочери. Она, неподвижная, прислонилась к темной стене, на которой выделялось ее лицо, бледное, как у мертвеца.
– Доктор, – продолжал Меси спокойным, ясным голосом, – миссис Барнет, моя дочь, помешана… и я пригласил вас, чтоб засвидетельствовать ее болезненное состояние…
Мария выпрямилась, как будто по всему ее организму пробежал электрический ток… И произошел странный феномен…
Хромая шла прямо… Она не опиралась на палку!.. Подойдя к Меси, она дала ему пощечину.
– Подлец и негодяй!
Меси схватил ее за руку и отбросил так сильно, что она отлетела и стукнулась головой об угол камина.
– Вы видели, доктор, – сказал банкир. – Пишите!
Без малейшего возражения доктор Биллингтон присел к письменному столу, взял перо, попробовал на ногте, хорошо ли оно, обмакнул в чернильницу, отряхнул и начал писать…
– Имя этой дамы?
– Мария Меси, – ответил отец, – родилась в Нью-Йорке, замужем за Гуго Барнетом…
– Хорошо. С каких пор стали появляться симптомы умопомешательства?
– С месяц тому назад…
– В какой форме?
– Ярость… угрозы… затем галлюцинации… фантастические обвинения, как против мужа, так и против меня. Наконец, агрессивные действия, одно из которых вы сами только что наблюдали.
– Что прямо доказывает, – продолжал доктор, читая вслух то, что он написал, – манию, осложненную навязчивыми идеями, беспорядочными движениями и постоянно нарастающей агрессивностью, опасной сколько же для самой больной, столько и для окружающих…
– Особенность этой мании, – перебил Меси, – ненависть к семейству.
– Отлично, отлично! – кивнул Биллингтон. – Итак, явное расстройство психики… И что вы намерены предпринять?
– Поместить ее в лечебницу, где за ней был бы необходимый уход.
– Вполне разумная мера!
И Биллингтон закончил свидетельство таким образом:
«В силу этих отклонений, я, нижеподписавшийся доктор медицины, нахожу необходимым отправить вышеназванную миссис Барнет, урожденную Меси, в заведение доктора Коули, невзирая на ее сопротивление и призывая власти оказать содействие в исполнении этой меры, важной столько же для больной, сколько и для общественной безопасности».
Меси взял бумагу и внимательно прочел ее.
– Хорошо, доктор. Пришлите счет…
Доктор раскланялся и вышел.
Пока продолжалась эта жестокая комедия, Мария, прижавшись в углу около камина, казалось, ничего не слышала, ничего не понимала… Но в то мгновение, когда закрылась дверь, ее гальванизированный организм пронзил ток. Она попыталась встать, но во время падения у нее выпала из рук палка. Напрасно старалась она ногтями уцепиться за стену… у нее не было точки опоры.
– Помогите! Помогите! – задыхаясь, кричала она. – Сумасшедшая! Нет! Я не помешана! Я знаю, я понимаю, что говорю и что хочу сказать! О, я отомщу! Ко мне! Сюда! Помогите!
