– Вы поняли меня? – сказал Меси Барнету. – Пусть теперь она говорит что угодно. Холодный душ доктора Коули поможет ей прийти в себя.
Он позвонил.
– Заложите экипаж, – приказал он. – Пусть два самых сильных лакея поедут с мистером Барнетом проводить мою бедную дочь в лечебницу!
Она ползала… она валялась на полу…
Лакеи вошли.
Бам взял Марию за руку.
Она отчаянно вырывалась, кричала, угрожала, проклинала… Бам грубо схватил ее. Она ногтями царапала ему лицо, а он так сильно сжимал ее, что чуть не задушил.
Карета ожидала во дворе. Бам бросил несчастную в глубину кареты и сел рядом. Против них – два лакея, готовые в случае надобности помочь ему.
Кучер ударил по лошадям. Как только они проехали ворота, Мария резким движением вырвалась из рук Бама и, разбив стекло кулаком, закричала:
– Помогите! Я не помешана!.. Это подлость!
Полисмен, услышав эти отчаянные крики, схватил лошадей под уздцы и остановил их. Потом, узнав карету Меси, подошел к дверцам.
Бам вынул из кармана свидетельство доктора Биллингтона и предъявил его полисмену.
– Спасите меня! – кричала Мария. – Это заговор! Я не помешана!
Полисмен спокойно сложил свидетельство и вернул его Барнету.
– Чтоб избавить вас от затруднений, – сказал он, – я могу, если вам угодно, сесть возле кучера.
Мария дико вскрикнула и упала на подушки.
И вот с полисменом на козлах карета с лошадьми, пущенными в галоп, летела к дому доктора Коули, в Йорксвилль.
Пока Меси и Бам предпринимали меры предосторожности, человек, о котором они ничего не знали, а если и знали, то лишь его имя, известное всей Америке, а именно Дан Йорк, готовил им будущее, совершенно достойное их.
Мы находим его гуляющим по Нью-Йорку, углубленным в свои размышления.
Неоднократно Дан Йорк брался за почти неразрешимые задачи. Но никогда ему еще не случалось сталкиваться с таким нагромождением трудностей.
Оружие, которым сражались Меси и его шайка, было весьма мощным, и Дан Йорк вполне сознавал это.
Что же было в руках у Дана?
Тут нам необходимо резюмировать то, что ему рассказали братья и сестра Гардвины.
Читатель, конечно, не забыл, что перед отъездом Марк Гардвин, предвидя опасности и сложности предстоящего дела, отослал в Нью-Йорк жену с дочерью, а двух сыновей поручил заботам пастора Бирмана.
Миссис Гардвин снабженная достаточной суммой денег, чтобы дождаться результата смелого предприятия двух братьев, поселилась на время в Нью-Йорке. Там она остановилась в одном пансионе, где аккуратно получала письма своего мужа. Но вдруг поток писем иссяк. Это было тем более странно для нее, что последнее письмо, отправленное из форта Касдвик, было полно оптимизма и самых радужных надежд. «Подожди еще немного, – писал ей Марк, – и я приеду за тобой с обоими нашими сыновьями. Сообщение между Востоком и Скалистыми горами затруднительно, а потому не удивляйся, если ты некоторое время не будешь получать писем…»
Миссис Гардвин терпеливо ждала. Прошло два, три месяца… Ею овладело беспокойство. Да и средства, выделенные для жизни в Нью-Йорке, стали истощаться с угрожающей быстротой.
Она написала пастору Бирману, но тот отвечал ей, что со дня отъезда братьев он никаких известий о них не имеет, и призывал ее к терпению и покорности судьбе.
Наконец несчастная женщина решилась на отважный шаг: она не могла больше оставаться в неизвестности и решила поехать на Запад, чтобы отыскать своего мужа и детей. Оставив дочь на попечение миссис Симонс, она поехала…
Это путешествие было печальным и долгим.
После долгих поисков ей удалось наконец разыскать потерянные следы… Но какое ужасное открытие!..
Несчастная женщина нашла некоторых людей, если не принимавших участие в страшном преступлении, то присутствовавших при нем.
И вот она услышала имена двух главных обвинителей, услышала и не забыла. Это были Сэмюел Тиллингест и Арнольд Меси.
Но где из разыскать? Этого никто не знал. Предполагали, что они уехали в Нью-Йорк. Напрасно бедной женщине передавали подробности случившейся трагедии – ничто не могло убедить ее в правдивости этого рассказа. «Нет, – думала она, – не может быть, чтобы Том убил своего брата!» Она не допускала возможности даже ссоры между ними.
Значит, эти два свидетеля, Меси и Тиллингест, лгали, а если это была ложь, то ими руководило преступное намерение. И чем больше миссис Гардвин задумывалась над этой страшной тайной, тем более убеждалась, что оба брата пали жертвой гнусного преступления.
И тогда вдова решила непременно исполнить два дела: отыскать своих сыновей, Майкла и Джимми, а также любой ценой доказать невинность Марка и Тома Гардвинов.
Вскоре ее постиг новый удар. Злой рок шел следом за ней. Пастор Бирман покинул город уже шесть месяцев назад, увезя с собой ее сыновей, и никто не знал, куда именно, хотя и предполагали, что они поселились в Калифорнии, где-нибудь близ Сан-Франциско.
– Надо ехать дальше, – сказала бедная женщина, чувствуя, что теряет рассудок.
