Трип с высоты своего величественного роста посмотрел на маленького человека, который с ним говорил, и, расхохотавшись, сказал:
– Ого! Ты любопытен не по росту…
– Что ж, если я мал да удал…
– Ты прав, отличный ответ! Ну, хорошо, дети мои! Если вы придете в семь часов утра на восточную набережную, то узнаете в чем дело, и если все-таки захотите поехать, то мы посмотрим!..
– Ваше мнение, – спросил Дан Йорк, выходя из Большой Пасти.
– Надо начинать сражение.
– Сражаться! Но как? Какая человеческая сила может помешать этой банде?
Колосс глубоко задумался:
– Им помешаю я!
– Вы?
– Я!.. А иначе зачем тогда наука?.. Разве я не говорил вам, что нашел проблему, решение которой должно привести к неслыханным результатам…
– Да, но вы никогда не объясняли мне…
– Потому что эта великая сила, подвластная моей воле, пугает и ужасает меня самого, потому что я сомневаюсь в самом себе, я боюсь опыта. Но нет! Миллион раз нет! Прочь все сомнения, все колебания!
Дан Йорк посмотрел на Колосса. Этот человек, казалось, преобразился. Лицо его сияло энтузиазмом и энергией, глаза блестели, как два бриллианта…
– О, да, я помешаю вам! Я опрокину их планы! Я разгромлю их!
– Друг мой! Эта экзальтация меня пугает.
– О! Не бойтесь. Дан, я не сумасшедший! Никогда рассудок мой не был так светел, а воля так тверда!
– Но что же вы намерены делать?
– Уеду! Я опережу их! Я отвечаю за себя… Я спасу этот город… Дан Йорк, поцелуйте меня. Ваш старый друг решит эту проблему или погибнет!
И, вырвавшись из рук Йорка, Колосс побежал на станцию.
У него было впереди еще двенадцать часов.
Вскоре раздался резкий гудок локомотива, мчащегося в Пенсильванию…
Дан Йорк направился в полицейское управление.
Это было на следующий день, спустя несколько часов после отъезда Бама и его подручных в экспедицию.
Арнольд Меси сидел в своем кабинете и перебирал обширную корреспонденцию.
Перебирая письма, он остановился на одном, почерк которого показался ему знакомым.
– Что это такое? – сказал он. – А! Бартон просит свидания со мной… Кажется, он начинает осознавать свое положение… Мне давно следовало бы положить конец его фамильярности… М-да… Бартон, просящий аудиенции! Это должно сильно коробить его… Что ж, беда не велика…
В эту минуту раздался стук в дверь и вошедший лакей подал банкиру карточку.
– «Мистер Кеннет, начальник полиции…» Проси, – сказал банкир.
Кеннет вошел, держа голову прямо, как человек с безукоризненной репутацией и чистой совестью.
– Мистер Кеннет, – сказал банкир, вежливо раскланиваясь, – милости просим… Почему это вы побеспокоились пожаловать ко мне?
Кеннет огляделся вокруг.
– Вы уверены, что нас никто не услышит? – спросил он.
– Совершенно. Впрочем, если вы хотите сообщить что-то очень важное…
– Чрезвычайно важное!
Меси позвонил и отдал приказание никого не принимать.
– Прошу прощения, – осмелился заметить лакей, – но мистер Бартон ожидает в передней…
– Пусть подождет, – сухо бросил банкир.
Лакей исчез.
– Теперь я к вашим услугам, – произнес Меси.
– Мистер Меси, – сказал Кеннет, – полностью ли вы уверены в людях, которые вас окружают?
– Разумеется… Но что вы этим хотите сказать?
– Я хочу сказать… Выслушайте меня… Я знаю все подробности экспедиции в Пенсильванию.
– Что! – вскрикнул Меси, невольно побледнев. – Про какую экспедицию вы говорите?
Кеннет улыбнулся:
– Не бойтесь меня. Вы знаете, что вам нечего сомневаться во мне. Мысль богатая, проект смелый. Я вас виню только в одном: вы так плохо хранили эту тайну, что она дошла до меня.
– Но когда? И через кого?
– Сегодня ночью и через человека, которого вы, конечно, знаете и который, вероятно, обманул ваше доверие. Это Дан Йорк, писатель.
Меси казался ошеломленным.
– Но что же именно стало известно?
Кеннет обстоятельно ответил на все вопросы банкира.
– Я вне себя от изумления! – воскликнул Меси. – Эти данные абсолютно точны! Но ведь никто о них не знал! Никто, кроме… Как, неужели этот негодяй Бартон мог… – Он хлопнул себя по лбу. – Я понял!.. Понял!.. Лонгсворд! Бартон! Идиот! Жалкий идиот Бартон!
Кеннет счел нужным прервать этот монолог, который грозил затянуться надолго.
– Мы подумаем, какие меры предпринять, чтобы устранить возможные последствия этого инцидента. Теперь же, мистер Меси, я хотел бы попросить вас о небольшом одолжении…
– Да, но это дело…
– О нем вы можете не беспокоиться. Ваши люди сегодня утром уехали беспрепятственно.
– И…
– С этим делом покончено.
– Так о каком одолжении вы…
– Вот в чем дело. Один из моих племянников, которым я очень интересуюсь, хлопочет в главном совете Нью-Йорка о решении перестроить старые почтовые строения по улице Свободы в современное здание с бальным залом, театром и так далее… Это золотое дело, которое я очень хотел бы видеть в его руках. Каким образом можно, по вашему мнению, склонить господ советников в нашу пользу?
– Это здание почтамта раньше было, кажется, церковью?..
– Правда!
– Так что вы рискуете задеть религиозные чувства достопочтенного собрания…
– Следовательно, в разрешении нам будет отказано?..
– Я не говорю этого… Просто обойдется дороже…
