Дождавшись, пока я скроюсь за дверью дома, он уехал. Этот молодой человек, возвращаясь из ночного клуба, случайно спас меня. А я даже не рассмотрела его лица. Могла бы встретиться с ним на улице и не узнать его. Но его голос, голос моего спасителя, навсегда остался в моей памяти. Два ангела спустились с небес, чтобы спасти меня. Как знать, может, именно Господь поместил их у меня на пути?
Автомобиль уехал, а я все стояла у двери, словно лунатик. О том, что было после, я узнала из рассказа матери. Как она встретила меня, и как я сильно плакала, рассказывая ей о пережитой опасности. Ничего этого я не помню. Только ее объятия, которые меня успокаивали. Это нападение меня потрясло. Как следствие, я стала бояться выходить из дому и сразу уволилась с работы. Теперь я стала все чаще и чаще закрываться в своей комнате. С каждым днем я все больше падала духом. Спала я мало, часто сон прерывался кошмарами. Мне снилось, что за мной бегут по дому, хотят меня убить. Я пряталась в шкафы, но у них не было дверок. Чьи-то руки находили меня и вытаскивали. Я просыпалась в холодном поту.
Или наоборот, я видела себя напротив взвода солдат, целившего в меня автоматы, и не находила сил, чтобы убежать. Или вот еще: я лежала ничком на дне большого сырого грота и смотрела на поросшие зеленью грязные камни, за которыми мерещились лица, похожие на лицо того, кто напал на меня, — смуглые, курчавые и в отвратительной одежде. Описывая эти кошмары, я испытываю большое волнение, сродни тому, которое я переживала каждую ночь. Тогда я просто боялась засыпать из-за этих ужасных кошмаров. Шок, который я пережила, и недосыпания расшатали нервы и ослабили меня. Я перестала быть сдержанной, часто при малейшем беспокойстве становилась агрессивной. Ко мне боялись подходить. Даже мои братья были не в силах успокоить меня. Иногда кто-то из них набирался смелости и заглядывал ко мне в комнату. Тогда я слышала шепот:
— Нам тебя не хватает.
Раньше я всегда играла с ними, рассказывала сказки, пела песенки, хотела сделать все, чтобы защитить их, теперь же была не в состоянии справиться сама с собой. Я вздрагивала при малейшем шуме. Может, я просто сходила с ума? Я потеряла аппетит, ела мало, но и это мне не помогало. Надежда покинула меня.
И лишь новое событие вернуло меня к жизни!
В тот вечер я вышла из своей комнаты и сразу заметила, что все члены семьи были до крайности взволнованы. Мать прижимала к груди Риана, в то время как Элиас крепко держал ее за ногу. Его глаза были красными от слез. Отчим нервно курил в коридоре перед камином, а Мелисса сидела на корточках, как бывало тогда, когда она чего-то пугалась. Взгляд Риана был устремлен в пустоту.
— Где Зах? Что с ним случилось? — спросила я, боясь худшего.
— Он спит, не беспокойся.
— Но что же все-таки произошло?
— На Риана напали. Ему угрожали приставленным к горлу ножом.
При этих словах я вскрикнула. Голова закружилась, но я нашла в себе силы подойти к братику.
— Покажите мне, что с ним.
— Только царапина.
— Но кто же вздумал его так пугать?
— Бородач, — слабым, едва слышным голосом ответил Риан.
— К нему подошел незнакомец, — стала рассказывать мать. — Он попросил передать нам следующее: «Скажи своим родителям, что в следующий раз я зарежу тебя, как барашка». Элиас, увидев, что случилось с братом, побежал к нам. Когда мы выскочили на улицу, незнакомец уже исчез. Те, кто видели его, не знают, кто он такой. Он осмелился тронуть моего ребенка. Этот негодяй прикасался к моему ребенку! — И расплакалась.
После этого случая у Риана начались кошмары, в которых на него нападали бородачи с ножами. Меня испепелял гнев к этому монстру, осмелившемуся поднять руку на ребенка. Я была готова задушить его собственными руками. В конце концов, не зная, на кого обратить этот гнев, я обратила его на себя, принявшись укорять себя за то, не была рядом и не защитила его…
Мне стоило больше внимания уделять братьям.
Второе нападение имело и положительный момент. Наконец Хусейн с матерью стали строить реальные планы относительно того, как поскорее покинуть страну, в которой нападают на беззащитных детей и где им постоянно грозит опасность. Какая необъяснимая жестокость! Словно волчица, защищающая своих детенышей, мать была готова уехать вместе с нами. Теперь, увидев, как угрожали его сыну, Хусейн понимал жену и поддерживал. Но он был военным, поэтому сам не мог ехать. Непростая ситуация.
Нам нужны были визы и паспорта. Я достигла совершеннолетия, а значит, уехать мне было относительно просто. Но для несовершеннолетней Мелиссы требовалось разрешение отца. Мы не знали, где теперь живет наш отец, да и в любом случае, он никогда не дал бы разрешения на выезд либо от желания отомстить, либо просто так, из вредности.
В Алжире вопросы решались очень долго, бумажная волокита присутствовала на всех уровнях делопроизводства. Зато, как всегда, многое решали связи. К счастью, у Хусейна было несколько знакомых среди старшего офицерского состава, и его друг, полковник, согласился взять на себя изготовление фальшивого разрешения для моей сестры.
