До сих пор моя жизнь была сплошной чередой несчастий, одно хуже другого, и никакого просвета. Я много думала об этом и пришла к выводу, что даже адские муки ниспосланы с небес. Но мы можем изменить это. В ту ночь я не смогла уснуть, настолько была взволнована. Я представляла себе эту поездку, возможность инкогнито приехать в страну тысячи возможностей. Все это давало мне надежду. Адреналин в крови позволял чувствовать себя по-настоящему живой, а не живым трупом. Я была готова и к покорению Эвереста.
На следующий день, а это было 11 сентября 2001 года, мы с матерью обедали в ресторане и строили планы об отъезде. Во сколько нам это обойдется? Как получить визы? И конечно, когда именно мы уедем?
Мать сидела спиной к телевизору, а я — лицом к экрану. Она как раз рассказывала мне об Америке, когда я с ужасом увидела, как какой-то самолет взорвался, врезавшись в один из небоскребов-близнецов в Нью-Йорке. Я знала, что это именно Нью-Йорк: видела американские фильмы-катастрофы, действия которых происходили именно там. Но это был не фильм, а программа новостей, и происходящее выходило за рамки любой фантазии.
— Мама, посмотри! Самолеты врезаются в небоскребы Всемирного торгового центра!
— О чем ты говоришь? Это просто кино. Вечно они придумывают бог знает что!
А на экране все прокручивали и прокручивали повтор этого апокалипсического кошмара, который навсегда остался в нашей памяти.
— Но это невозможно! Какой ужас! Я не смогла сдержать слез. Торжественная тишина повисла в ресторане. Время словно остановилось. Все замерли, не сводя глаз с экрана, словно отказывались верить в реальность происходящего. Эти картинки врезались в мою память, в тот миг я переживала за всех людей на земле. Немыслимый размах совершенного преступления террористов просто не укладывался в голове.
Слушая сообщения репортеров, я наконец осознала, что все это совершили террористы из арабских стран. Но и мы были арабами! Значит, уже завтра нас тоже обвинят в причастности к этим чудовищным злодеяниям! Башни-близнецы обрушились, похоронив и наши надежды на лучшее будущее.
Почему это произошло именно теперь? Снова и снова я спрашивала себя, почему судьба столь неблагосклонна к нам, так горька. Мы напоминали узников, которые мечтали о зеленых долинах, пении птиц и солнечных лучах, сидя в темной унылой камере.
Я снова стала пленником гостиницы.
Все наши попытки получить визы ни к чему не привели. Посольства отказывали выходцам из арабского мира. У нас не было выбора, кроме как смириться с обстоятельствами. Какая несправедливость! Но я плохо знала свою мать. Через некоторое время после трагических событий она снова встретилась с Редваном, алжирцем, который предложил ей ехать в Канаду. Она вернулась с идеей более смелой, чем раньше. Все равно терять нам было нечего. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих.
— Девочки, есть выход!
Она замолчала на несколько секунд, чтобы проследить за нашей реакцией. Но меня уже не удивило бы любое ее предложение.
— Мы соберем все деньги, — продолжила она возбужденно, — И знаете, что сделаем? Мы купим фальшивые паспорта!
— Ты это серьезно? А если нас поймают? — воскликнула Мелисса.
— Что касается меня, я «за»! — подтвердила я, решив храбро встретить все трудности. — Ты сказала — фальшивые паспорта? Можешь рассказать об этом поподробнее?
— Речь идет о французских паспортах, которые, скажем так, мы «позаимствуем» у реально существующих людей. Это даст нам возможность пройти таможенный и пограничный контроль. А когда мы окажемся в Канаде, то попросим предоставить нам убежище.
— Ты не боишься этого риска?
— Что значит — не боюсь? Конечно, боюсь! Но какой у нас выбор? Я обещала вам лучшую жизнь, но мне кажется, что изо дня в день ваша жизнь становится только хуже. В любом случае, если останемся во Франции, должны будем покинуть гостиницу и жить… Где жить, спрашивается?
— Ты права, мама. Нам терять нечего, будь что будет! В лучшем случае нас выдворят обратно во Францию.
— Значит, решено. Сделаем все возможное.
Предстоящее приключение мне нравилось, ведь оно выходило за общепринятые рамки. Я проводила мать на переговоры с Редваном относительно стоимости документов и добилась скидки, мы же брали несколько паспортов оптом! Редван понимал нашу ситуацию. Мы с ним были в одной упряжке, товарищи по несчастью. Я добавила все, что мне удалось скопить, к деньгам, вырученным от продажи драгоценностей, среди которых был удивительный перстень, купленный в Мекке; его мать спрятала среди багажа. Один только этот перстень позволил нам оплатить билеты и большую часть суммы за документы. А еще у нас оставались деньги на первое время в Канаде.
Шаги по сбору средств и получению паспортов предпринимались в бешеном ритме. Я чувствовала себя героиней приключенческого романа о контрабандистах.
