Я последовала её примеру и стянула с себя свитер. При этом осталась сидеть на стуле, чтобы никто не смог увидеть царапины на спине или Ворона. Нагота меня несильно смущала. К своей болезненной худобе я уже привыкла, да и оголяться при двух девушках и Аггнийце, который учтиво вжался в угол, было лучше, чем находиться в одной спальной сорочке в клетке у Аггин.
Платье плотно обтягивало тело и, как я и думала, полностью открывало мои бока. Если поднять руки, то рёбра словно разрезали кожу, остро выделяясь под ней. Кольцо на животе и пояснице, которое скрепляло верх и низ платья, посылало волну дрожи от холода. Я поправила лив, который был мне слегка великоват. Хорошо, что в этом зале не было зеркала, а не то я бы непременно потеряла дар речи, увидев себя. Бархат ложился, как вторая кожа. Он был лёгким и совсем тонким, отчего мурашки сразу заплясали на руках и ногах. Я посмотрела на острые колени, которые не прикрывали привычные штаны. Моя и так бледная кожа смотрелась ещё светлее на фоне тёмной ткани, а бёдра — ещё тоньше.
Последний раз провела пальцами по рёбрам, привыкая к наряду, и обула туфли. Такой высокий каблук я раньше не носила, поэтому ноги слегка подгибались, стоило сделать неосторожный шаг. Я оглядела тёмные кудри на своих плечах и решила, что оставлю волосы распущенными. Лишь слегка взбила их пальцами, так что некоторые непослушные пряди упали мне на лицо.
— А ты знакома с кем-то из этой семьи?.. — неуклюже развернулась я к Рузанне, одетой в зелёно-чёрное платье до икр с одним длинным рукавом, который закрывал рисунок пленённой Помелы. Меня пронзило недовольство… Почему у меня платье длинной с детское покрывало, а у Рузанны почти что банный халат? — Выглядело так, словно Шарлотта знает о них больше тебя.
— Я не знаю никого из них, — ответила Миб. — Наталья их знала, поэтому её и не пустили с нами. Она принимает это дело слишком близко к сердцу.
— Это просто кошмарно, — донёсся мрачный голос Саши. Мы повернули головы к девушке, которая стояла, расправив руки и ноги в разные стороны. — Я в этом не выйду.
Мой взгляд пробежался по девушке, и я постаралась изобразить сочувствующую улыбку. Мой наряд сразу перестал казаться таким уж вульгарным. Бежевое платье почти не выделялось на Мибе. Оно обтягивало талию и бёдра Саши (в разы теснее, чем мой наряд), выделяя все изгибы тела. Саша была худой, но крепкой девушкой, и это платье подчёркивало всю силу Миба. Спина у девушки осталась полностью открытая, ткань прикрывала чуть выше копчика. Я обратила внимание на голые руки Саши, полностью чистые. Затем на ноги и спину.
— У тебя татуировка на животе? — сразу же спросила, не подумав.
— Да, не люблю привлекать внимание.
— В любом случае, — заговорил Мика, который только сейчас осмелился повернуть голову. На парне был строгий костюм с бабочкой. Про себя я отметила, что при подходящей одежде, тело Мики выглядит скорее подтянутым, нежели худющим. — У нас нет выбора. Придётся играть в этом спектакле. Эта принцесса — единственная, у кого есть план. А если уж она даже Николаю не рассказала о нём… — Аггниец многозначительно блестнул здоровым глазом.
— А что, они настолько хорошо ладят? — поинтересовалась я, стараясь звучать как можно непринуждённее.
— Насколько мне известно, Николай был знаком с ней, ещё когда учился в школе, — ответил Мика.
Я лишь понятливо кивнула и проигнорировала неприятную тяжесть в груди. Что это? Неужели ревность? Я ревную Николая? Сама эта мысль заставила меня замереть, ведь раньше я такого не испытывала… Да, я злилась на братьев и мать, которые охотно делили между собой внимание и обделяли им меня, но чтобы ревновать абсолютно чужого мне человека… Ладно, Николай не был мне совсем уж чужим, но явно не для романтических чувств. Не хватало сходить с ума по Гриилу, когда на кону стоит обмен пленниками.
Я тряхнула головой, намереваясь подождать остальных снаружи. Мика возился с бабочкой, которую жутко перекосило, а Рузанна обсыпала Сашу непристойными комплиментами, на которые девушка недовольно и смущённо фыркала. Я уже взялась за ручку двери, которая была, к моему удивлению, неполностью заперта, как услышала тихие голоса. Точнее, они должны были звучать тихо…
— А сам-то? Пара ботинок на пару, серьёзно, Ник? — язвительно спросила Шарлотта.
— Не переводи тему, — приказал Николай, и через щель я заметила, что парень уже надел свой костюм. Простые чёрные пиджак с брюками и белая рубашка идеально смотрелись на его крепком теле. И даже взлохмаченные волосы не портили эту картину. — Ты должна была мне сказать, что у тебя за план. Почему я узнаю только сейчас, что ты решила нарядить их в ирисов?
— Я не должна перед тобой отчитываться, Ник, — злилась девушка, из-за чего её щёки покраснели. — Это самый лучший вариант, чтобы выловить Нахамчикова. Кто устоит перед симпатичными ирисами? Они девушки красивые и подтянутые, разве что кроме той костлявой… София, кажется?
