Я вытер взмокший лоб и опустился на траву рядом с булыжником. Высокое, голубое, без единого облачка небо благодушно дышало покоем бытия и беспечностью ребёнка. Солнечный диск сосредоточенно начинал свой очередной рабочий день по небосклону. В траве звенели кузнечики, суетилась всевозможная живность: всегда целеустремлённые муравьи, непоседливые букашки и бестолковые бабочки. Мир жил и бесстрастно занимался своими делами. Окружающее здравствовало и ликовало, лишь я морочил себе голову мрачными загадками. Велик и мудр был человек, установивший этот камень мученикам, покинувшим суету живого с радостью и принявшим смерть как долгожданное избавление от страданий…
Голову и плечи припекало. Начинала парить роса на траве. Мирское требовало своего. Сзади послышались внятные голоса. Прибыл Аркадий, — мелькнула первая мысль, и я не ошибся. Вид его был взъерошенный и ничего хорошего не предвещал.
— Успехи есть? — не здороваясь, опередил он меня. — Нашли что-нибудь?
— Вот, — указал я на гранитный булыжник. — Привет с того света.
Аркадий нагнулся, изучая надпись на камне, туда же полезли и Буксир с Халявой.
— А ещё чем похвалитесь? — укоризненно оглядел он всех. — Дрыхли без задних ног?
Халява, подлизываясь, услужливо показал вчерашний огрызок факела.
— Это мы уже видели, — одёрнул его Аркадий. — Бездельничали?
Мы понуро опустили головы.
— А у тебя как? — прервал я нравоучения друга. — Нашёл следы?
Аркадий оглядел меня, потом навостривших уши Буксира и Халяву и медленно процедил сквозь зубы:
— Успели улизнуть, сволочи…
— Как?! — одновременно взвизгнул Халява и рявкнул Буксир.
— Следы двух лодок засёк, — это Аркадий сказал им, а мне добавил: — Есть над чем поразмыслить… Знаете, братцы, если мы приехали разобраться в этих заморочках, то давайте каждый делать своё дело добросовестно, а не спать! Теперь мы точно знаем — это люди. Правильно, я говорю, ребята?
— Правильно, но… — затянул Халява, Буксир задумчиво молчал.
— Надо продолжить это занятие, предстоит нелёгкая работёнка, — Аркадий загадочно усмехнулся, нырнул в лес и скоро вернулся с ношей, завёрнутой холщевиной. Когда он сбросил её к нашим ногам, все увидели пять лопат, лезвия некоторых хранили на себе остатки свежей земли.
— Не деревенские копалки, — сказал Буксир, приглядевшись к лопатам. — У нас мастерят со своего материала. Что подвернётся. Магазинные причиндалы, глаз даю…
— Ну, вот и хорошо, — наградил его дружески хлопком Аркадий. — Завязали, значит, с чудесами потустороннего мира. А, Халявчик?..
Халява застенчиво развёл руки:
— А я что? С живыми справимся, — он хитро подмигнул Аркадию, — но и вас они обчикали.
— Как это обчикали?
— Не удалось споймать-то?
— И на старуху бывает корявый сук.
Халява рассыпался мелким смешком. Буксир хмыкнул в кулак.
— Закончим утреннюю планёрку, — прервал веселье Аркадий. — Пока не запалила жара, надо облазить всё кладбище. Что искать — знаете. Разбежались.
И закипела работа. Пристыженные Буксир и Халява бросились наперегонки в разные стороны. Я попробовал задержать Аркадия, чтобы выяснить все детали его ночных похождений, но тот только махнул рукой:
— Потом всё расскажу, сейчас надо поторапливаться. Я со стороны леса обойду всё кладбище. Проверить хочу одну мыслишку насчёт всего этого…
Кладбище оказалось не таким уж большим для четверых рьяных искателей. Скоро все сошлись у одного места, похожего на две свежезакопанные могилы. К единому мнению не дал прийти сомневающийся Халява: не вписываются, мол, в общий план кладбища эти две могилы и располагаются несколько поодаль от размеренных рядов давних захоронений. Размяв в руке свежие комки земли и отбросив их, Аркадий поднял лопаты и молча вручил каждому.
— Начнём помаленьку, — подтолкнул он Буксира к одному клочку вскопанной земли, а Халяву — к другому. — Кому повезёт?
— Что искать-то? — первым возмутился Халява, тупо уставившись на Аркадия и, не дождавшись ответа, перевёл глаза на меня.
— Копай по рыхлой отметине, а там видно будет, — погладил его по щеке Аркадий. — Вкалывай, пока солнце не село.
Я занял позицию рядом и нажал на лопату. Она легко, без сопротивления провалилась в мягкую землю.
— Здесь совковой бы сейчас, — уразумел Буксир, — вмиг до дна очистим.
Он уже орудовал на второй отметине вместе с Аркадием.
— А на дне что? — не унимался Халява.
— Исчадие ада! — отрезал Аркадий.
— Я серьёзно, — обиделся Халява.
— И я не шучу. Выгребай землю из ям осторожно. Всё может быть под ногами, ясно? — Аркадий по колено уже зарылся в яму, с Буксиром у них сразу заладилось.
Я орудовал пока один, Халява всё ещё мучился сомнениями и ёжился от страха.
— Может, не стоит тревожить, — ныл он, — вдруг там покойник окажется?
— Надо, дружище, надо, — ободрял его Аркадий. — Если уж приехали, будем кончать с нечистой силой. Спать спокойней станешь.
— Кончай филонить! — доходчиво руганул Халяву Буксир. — Ишь, заныл.
— А вдруг больной какой! — не унимался его приятель. — Не заразимся?
— Я думаю, не успеем, — Аркадий поднял голову ко мне. — Как, Данила?
Я кивнул.
— Сюда бы Илью Артуровича, — продолжал нагонять тоску Халява, — посоветоваться.
