– Вот именно, – эльфийка вздохнула, – веди своих герувинов, поедем в Листопадное. Портал в Нарицианде на окраине. Будем надеяться, нас никто не узнает, да и темнеет уже. В столицу в таком виде однозначно не поедем.
– Как скажешь, радость моя, – натягивал я мокасины, прыгая на одной ноге, – а у тебя там баня есть?
– Есть, – отозвалась Анариэль, недовольно рассматривая свои грязнющие лосины, – бочка с водой – называется…
Ночь наступала неотвратимо и быстро. Это была последняя ночь дежурства в качестве охраняющего для немолодого дракона Швета Буд Ах. Всё указывало на то, что завтра днём, в крайнем случае, вечером Новая жизнь проклюнется из яйца. Полугодовое бдение подходит к концу, а там, в Поселении, его ждала жена и трое мальцов.
Источник угасал, и дракон понимал, что недалёк тот день, когда силы Источника не хватит для Новой жизни. Швета Буд Ах даже думать не хотел, как они будут жить, когда это случится. Есть Совет, вот пусть и думает. А его дело охранять Гнездо Рождения от всякой нечисти. Чем слабее становился Источник, тем активней твари Первозданного леса стремились в Гнездо. Дракон был опытным бойцом и его сильно тревожило, что вокруг Гнезда собралось чуть ли не вся нечисть леса. Бои были всё кровопролитней. Вот и сейчас, после очередной схватки, его напарник, совсем молодой дракон, спал около источника, залечивая раны и набираясь сил для непростой ночи. А то что ночь будет весьма тревожной, Швета Буд Ах не сомневался.
Смена должна прибыть к полуночи, когда Айра, коснётся вон той макушки огромного дерева, на соседнем холме.
Со стороны леса раздался протяжный вой. Швета Буд Ах прислушался. На вой с противоположной стороны отозвался крик зилбака.
– Плохо дело, – пробормотал дракон, – всё гораздо хуже, чем виделось днём, – вздохнув, он направился будить своего напарника…
Когда я вернулся к месту нашей неожиданной любви, Анариэль была уже одета и пыталась привести в порядок спутанные волосы. Зубатик и Подруга остановились за моей спиной и начали принюхиваться.
– А вот и мы, – сказал я, рассматривая художественный беспорядок на голове принцессы.
– Быстро, – буркнула девушка, закрутив волосы в хвост и перехватив их тесьмой. Посмотрела на две головы, выглядывающих из-за моего плеча, – и как ты себе это представляешь?
– Что именно?
– С твоим Зубатиком понятно. А как я поеду на втором? – уточнила Анариэль, – будешь его привязывать ко мне, или просто поговоришь с ним?
– Во-первых не с ним, а с ней, – я посмотрел на рыжую морду Подруги, – это особь женского рода. Правда? – похлопал я ладошкой по щеке герувина, – и зря ты иронизируешь. Я действительно не умею делать эти ваши привязки. Просто поговорю.
– Я не удивлена. У тебя же всё ни как у нормальных эльфов.
– В принципе, да, – согласился я, – подойди, я познакомлю вас.
Эльфийка вздохнула и сделала попытку подойти. Зубатик оскалил свои немаленькие зубы и предупреждающе загыгыкал.
– Ну вот и прокатились, – девушка остановилась, – твой Зубастый не очень-то рад нашему знакомству.
– Ты чего? – пихнул я кулаком Зубатика, – нюх потерял?
Герувин дёрнул головой, отворачиваясь от моего кулака, недовольно крикнув на высокой ноте.
– Это что за дела? – поймал я герувина за гриву, подтянул к себе его голову, – чем ты не доволен?
Ящер попытался вырваться, я с трудом удержал его голову.
– Помнит, наверное, меня, – предположила Анариэль, – если бы ты не вмешался, тогда… в лесу… Звали бы его не Зубатиком.
– Ты помнишь? – глядя в глаза герувина, спросил я, – тот немного попятился, пытаясь мягко освободиться от меня, – стоять! – гаркнул я. Зубатик замер. – Что ты рычишь, тварь зубатая? Что тебе не нравится?
Зверь замер, не моргая глядя мне в глаза. Я начал на него давить в эмоциональном плане, настойчиво, но не жёстко. Зубатик попытался отойти, но я не давал. Немного постояв, я раздельно проговорил:
– Это моя женщина, и мне плевать, что ты об этом думаешь. Ты понял? – я глядел в глаза зверю, пока тот не опустил их, недовольно гыркнув, – то-то же, – удовлетворённо проговорил я и обратился к эльфийке, – подойди-ка.
– Уверен? – недоверчиво спросила девушка.
– Ты же хотела герувина, а с ними бояться нельзя.
– Бояться и опасаться, разные вещи, – отозвалась принцесса, подойдя чуть ближе.
Как только я отпустил Зубатика, тот сразу оскалил зубы в беззвучном рыке.
– По-моему, вы не договорились, – скептически прокомментировала Анариэль, сделав шаг назад.
– Мнда-а, – почесал я затылок, – Зубастый, что же ты такой бестолковый-то? – озадаченно спросил я. Конь-оборотень несогласно широко покачал головой.
