«СЭГ-волнами называется особый тип низко-параидальных волн локализованых в капсулы СМИ-смещения. Применяются для разрушения стабильных энергетических структур. Могут применяться в различных областях, при необходимости точечного воздействия с целью разрушить Сильные связи…»
Прочитав, верней вспомнив, эту самую инструкцию, я понял, что СЭГ-волны, это нечто закапсулированное и суперразрушающее. Похоже, Мэри решила вооружить МУНы.
«ЗАК, эти излучатели оружие?» – поинтересовался я.
«В том виде, в котором собирается использовать Мэри, несомненно. Это противоречит конвенции номер 86-аг…», – начал возмущаться ИскИн.
«Хватит ныть! – оборвал я его, – получается, что Мэри лучше тебя соображает! Я тебя тыщу раз спрашивал, есть тут оружие. А ты мне что? Нету, да нету».
«Ты не прав, – возразил ИскИн, – я и сейчас тебе повторю, что оружие, кроме холодного, на этой планете нет и быть не может. Все попытки изобрести устройства для уничтожения разумных, имели очень печальный конец. У меня заложен безусловный приоритет, это твоя безопасность. Предложение Мэри, использовать излучатель СЭГ-волн, это безответственна авантюра».
«Да ладно тебе. Что ты на неё взъелся? За то, что она первая на такое решилась? Просто прими как данность», – усмехнулся я.
«Ты не понимаешь! Ты до конца дочитал переданную информацию?!»
«Нет. Я и так всё понял», – отмахнулся я.
«Тогда цитирую. «…устройства, применяющие СЭГ-волны в 99,5% случаев входят в резонанс с естественным полем планеты, что приводит к мгновенному разрушению устройств, с выделением большого количества тепла…» Ты понимаешь? Они взрываются. Я категорически против их применения», – импульсивно проговорил ИскИн.
«Так, понятно, – я ещё раз пробежался по описанию, – на что тогда рассчитывает Мэри? Тут же ясно написано».
«Есть результаты исследований. Архивы старые и не сплошные. Она хочет провести аппроксимацию данных. По её мнению, есть вероятность в 3% сделать стабильное устройство малой мощности, но достаточной для применения радиусом до 10 метров. Если это ей удастся, я настаиваю, чтобы эти МУНы не контактовали с тобой. Взрыв в небе никому не повредит»
«Хорошо. Даю добро. Назовём их МУН-М. Пусть делает опытную партию, проводит испытания, а ты займись выпуском без излучателей», – распорядился я.
«Там действительно есть критичные ошибки в алгоритме…, – замялся ЗАК, – Мне нужно часов десять на ликвидацию ошибок и отработку математической модели».
«Согласен. Завтра утром первая партия должна быть готова», – согласился я.
«К которому часу?» – уточнил ЗАК.
«К 10 утра».
«Принято, – подтвердил ИскИн, – Получено голосовое сообщение от Весты. Прослушаешь?»
«Нет. Конец связи», – я прервал связь с Искином. Впереди, в сумерках показался частокол и деревянные крыши над ним. Похоже, мы достигли цели нашего путешествия.
В резиденцию эльфийской принцессы я въехал шагом, с интересом рассматривая в сгущающихся сумерках строения. Частокол крепкий, ворота также сработаны на совесть, вот только никто не озаботился закрыть их. А может нас ждали.
Сразу за воротами большая поляна, даже лужайка, с аккуратной, невысокой травкой. Справа большой бревенчатый дом, в три уровня. Первый этаж низкий, скорей всего подвал. Высокая лестница от земли сразу ко второму этажу, плюс окна мансарды. Оригинальный такой домик.
Дальше, в глубине двора, ещё пяток изб. Самых что ни на есть обычных. Слева хозчасть. Судя по коновязи, конюшня. Сеновал и сараи в самом конце.
– Чинно тут у тебя, – сказал я, спрыгивая с Зубатика около спешившейся Анариэль.
– Стараемся, – кокетливо ответила девушка. Молодой парень подбежавший взять лошадь, нерешительно остановился, поглядывая на принцессу, – спасибо, Имелесс, мы сами, – сказала она ему. Парень поклонился и ушёл.
– Ну показывай, свои хоромы, – предложил я.
– Давай поставим герувинов и покажу, – согласилась принцесса.
– Куда поставим?
– Есть место, – многозначительно сказала девушка, – мне твой коллега три дня денники разрисовывал, – кивнула она в сторону конюшни, имея ввиду мои способности к рунной магии.
– Ты хочешь Зубатика и Подругу в денник поставить? – понял я.
– Конечно. Иначе они тут таких дел наворотят, – улыбнулась эльфийка, – идём, – потянула она Подругу за гриву. Та неохотно пошла. Зубатик высоко поднял голову, косясь на меня.
– Не боись, разберёмся, – похлопал я коня-оборотня по шее. Тот потихоньку загыгыкал.
– Вам тут будет хорошо, – шептала Анариэль своей подопечной, – сейчас вам мяса принесут, там уютно, вам понравиться.
– Анют, – догнал я принцессу, – давай их просто отпустим? А? А то ведь разнесут конюшню посреди ночи. Придётся выходить… разбираться… Народ перебудим.
– Не разнесут. Меня уверили, что герувин этот денник не сможет покинуть. Так-то вот, – нравоучительно ответила девушка.
Кинув взгляд на конюшню, я увидел в истинном зрении зеленовато-синий купол над самым крайним денником. Зубатик коротко крикнул на высокой ноте. Подруга резко остановилась.
– Ну идём, же, – тянула её эльфийка, – там хорошо.
– Ладно, Анют. Давай-ка я попробую?
