— Ну… напрямую… — удивился теперь он. — Простые люди так себя не ведут. И Низени совсем не испугалась, хоть никто ночью от прочих людей старается не уходить.
— Так поэтому нас не сторожили? Понятно… Знаешь, сложно бояться того, что не видел никогда, — прокомментировала я последнее. Слухи и страхи по поводу подземного мира и местных чертей из Низени казались мне слишком преувеличенными.
— А я видел… — огорошил меня Миш. И тут же уточнил с подозрением — отодвинулся даже, — Может ты из благородных?
— То же самое хотела спросить, вдруг ты — принц переодетый. И мне за твое спасение хоть каких плюшек достанется… — пробормотала тихонько. И решилась сказать полуправду: чем маскировать постоянное незнание, уж лучше иметь возможность открыто спрашивать о некоторых вещах, — Из простых я. К тому же в колодец провалилась три девятки назад. Мало что помню о прошлой жизни, а про королевство Уйвидек почти ничего и не знаю…
— А что, на той стороне Колеса магии нет? Как можно забыть? — продолжил удивляться парень.
— Может чуть по другому всё называется… — развела руками. — Да и я в отдаленном месте жила, не было магов рядом…
— Нас немного, да, — с определенной гордостью кивнул Миш и явно сделал выводы о моих умственных способностях, потому как дальнейшие объяснения прозвучали наставительно и нарочито медленно и внятно, — Те, кто “ловкие”, могут руками разное делать. Как бы объяснить тебе проще, чтобы поняла… Мы тело — пальцы в основном — изменяем, и в мир наш добавляем, инструментом делаем. Под хмелем так не получится, уж слишком у пьяных ловкость нарушена… А вообще можем как ключом воздействовать, веревкой или вот как я… бревно поймал, струю воды в водопаде. Высушить я нам ничего не могу, но костер разожгу и купол над ним создам, чтобы быстрей все высохло…
Миш не бездействовал, пока говорил — собирал какой-то мох, ветки на берегу. А потом и правда ловко и замысловато защелкал пальцами, и вскоре возле нас уже весело трещал маленький костерок, вокруг которого формировался тепловой шатер.
— Да раздевайся уже! На тебе толком ничего не просохнет.
И правда. Не до стеснения. А то у меня уже зуб на зуб не попадал…
Я поставила возле костра ботинки, последовательно стянула вязаный капор, шерстяной тельник, обе грубые рубахи длинные, разорванную ветками и камнями юбку, шерстяные гольфы и осталась только в белье — трусиках и трикотажной футболке, просвечивающих сейчас насквозь. Распустила волосы, бережно зажав в руке шпильки, и села внутри купола, прикрывая коленями и руками стратегические места.
Впрочем, маг на меня не смотрел, тоже разоблачался — одежды у него побольше, чем у меня было. Еще и на пояс намотаны какие-то веревки и длинные ленты.
— В жизни разное может пригодится, — пожал он плечами на мой заинтересованный взгляд.
— Расскажи мне про других магов, — попросила, пока была такая возможность. В моей жизни не только разное пригождается, но и постоянно что-то происходит. Так что никто не даст гарантии, что наш разговор не прервет дикий овцебык или волк гигантский…
Тьфу-тьфу.
— Есть природники, — начал Миш более охотно, — Король их ой как привечает, даже с соседних территорий — чтобы почти на каждом поле были, урожаев ради. Всесторонники есть, эти самые сильные. В воины и стражи идут часто. Драконоборцы — но их почти не осталось…
— Это те, что прогнали драконов? — нахмурилась.
— Что ты! — Миш взвился аж, — Они боролись вместе с драконами со злом и первые же пострадали, когда те прокляли наш мир! И нет, я не собираюсь это обсуждать с тобой, не хочу Низень привлекать! — сообщил мне воинственно, увидев, похоже, что вопросы из меня готовы посыпаться один за другим. — В драконоборцах продолжает гореть священный огонь — и я мечтаю, что когда-нибудь стану одним из них…
— А что, так можно? — вырвалось. Получается магию можно было менять?
— Ну конечно! Еще у нас много “вещников”, что умеют зашептывать и влиять на предметы. Ну и подворцы, но этих и у вас много, наверное… — последний “вид” был обозначен с пренебрежением.
— Как сказать, может и много… — пробормотала. И расслабилась, наконец, — согрелась.
У реки мы провели достаточно времени, чтобы обсохнуть, отдохнуть и привести себя в порядок. А потом Миш, верный своему долгу, ловко — к его действиям это слово можно было постоянно применять — залез на самую высокую сосну, сориентировался, и повел меня в сторону городка, противоположного тому, куда я направлялась со своим караваном. И по дороге к которому можно было снова встретить разбойников.
Ни с Басиком, ни с последними я не хотела иметь больше дел. Прибить разве что…
— Да вы стали кровожадны, дамочка, — пробормотала сама себе и двинулась в путь.
Маг оказался гораздо более приспособлен для жизни в лесу, чем я.
Он знал, как не потеряться, какие растения и ягоды съедобны, сумел сделать лук и деревянные стрелы — и пользоваться ими умел — рассказал, как защититься от диких зверей и в каких местах можно спать внизу, натаскав веток с листьями, а в каких случаях лучше забраться повыше, привязав себя на ночь к стволу длинными веревками.
