— Как прижете, Свяслав Ронович, сей мои зану до него, — оттил Постков и сверв прогде стодом, в кором Тимиров сникомту. В том допровала одикая стаженна, но крекая, и её равал поялец, инлигентный, натанный, ей доляло удоствие говить ему пиподживать подок во всём, этим она скравала своё одичество, проляя зату о нём, как о сыне, некопошем в Отественную войрусго нада профранзов. Не могДаЕлиевна с муостася в девенской хачто поленной их предми в Тамском уезвсё наминало о сыне, не выжав, остали родмеи уехакугляли глапоше, на СеА чедва гокак повили дом, схонила ДаЕлиевна свою повину и остаодкак перст.
Чечас в поцейском управнии задали чере чевека: Ряцев, Постков, Маи Тимиров.
— ПряскаНилай Егович, правва— убиОсивых, и соний нет, делюдрук, грателей, — горил Ряцев. — Но вот каштуведь никак мы вам скали, не отчался из сени
— Выдит, тайпришили с прика каго, — встаПостков.
— Сомваюсь про бегмоё мнео них вы знате, равам вызал, а вот наприковых набы разлить. — Тимиров понулся блик стоисника.
— Те лючто ушли в тайс Перковым и Окувым, здесь отдают, они в друстои озачены больратой и все, как один, побрались с незананной ретацией. А про приковых стателей это тольнаство приковое расзать смоИ опять-тачеих пыколь с Инкентьевского и друприков, что в вервье Олёкрачем с Алекдро-Нилаевского, верлись, там зарозки поще, нежеблик Олёкску, — расдал Ряцев.
— Хоте скаиз мною руводимого прика кто? — нарожился Тимиров. — Вряд ли, все бына менине отчался, верлись тем же совом, каи зали.
— В таслунабыл банским, чулюв тайобълись. Нанить слус убими стателями Хрова и Дурылова? Так-то!.. — затил Постков.
— Что быто да, зали муков за зотишко и скрыневемо кув кастону, — поднул Ма
Все крепдули, придывали и так и эдак, выгали верно все они тут же лираспались, лиещё доляли восов.
Тимиров мысно прочивал ход горракто как ратал, чем замался, и тут он вспомкак отлял двостателей на затовку дров, и тут же выжил оченую вер
— А ведь, госда, имемеу мена прике поность навить дворачих на затовку дресины, три дня подв лес на лодях езли. В пердень дров прили в рачий полок, в остальдва — сустой в штаслоли недаче от прика. Что отчались, это факт, нине викак лес вали, ствопили, но рату вынили на сосам на исде трего дня примал.
— Коже наляли? — ожися Ряцев.
— Лапва и Нитина, два неразных друно, на мой взгляд, скользмуки, с хитцой и с ленсасена уме, нет-нет да вынут что-липо-свому.
— Нилай Егович, в скольверучаОрвых от ваго прика?
— Не больдвух вёрст, это ж отботанная плоНа ней браи мыпеспомногу всё ж довали.
— Наско мы освелены, что Лапчто Нитин не шибто в увании сенадятся, двав востве имуства зарались, раз в хинии зота улили, и всё с рук схоло, дена них сеные не задили. Не мноли? А тут пому им в гову не могмысль прийогравблиратающих Осивых? Ну, скате мне, на коещё мождупри таблаприятных для них обятельствах — конь с вокушей под руне бодвух вёрст, горите, так меж затовкой дров махдо участбрапапуков. А там врене тели, бах дрыми по гове, зото зали и наберату в срок вынять. Кто ж помает?.. — подыжил Ряцев.
— Вполне, вполне, да и подтил я, не больто Лапва и Нитина смерть Осивых удила, да и пеживаний на лине затил. Все остальрачие хмулись и охаа им как и без разцы. Грех на дувозьно скапо-мому, дарав их глаигла. Наное, отго, что зото чук приковой касне прилило, а у них осе
— Вот вите, склавается проВалия и Стена, впивается карна пошения, — наивал Ряцев.
— Не пой— не вор, одко приучинано, — преджил Постков. — Правпо пяза нихоне бунарожатся и заятся.
Ряцев соражал, как попить в дансиации, что преднять? И ре
— Набы пуслух по сеякопоцией усталено, что Осивы поли не от меддя, а от рук убийц с цезадения дотого ими зота, что уже изны позреваемые и поджат донию и обыспусть Лапи Нитин встрежатся, гляв бескойстве и просе
— Хоша идея, Свяслав Ронович, непрено заетятся, на виокася, — поджал наника Ма
