– Подожди. – Что-то не сходится, никак. – Если они следили за мной, что ж не пришли в ту квартиру? Почему похитили тебя и не пришли за мной?
– Те ребята, что взяли меня, не из этой теплой компании. Это конкурирующая организация, так сказать. Как раз они не были в курсе того, что флешка у тебя и где ты находишься – тоже. Они отслеживали тебя через Форум, но только чтобы надавить на меня. Они тебя вообще в расчет не приняли, Паола.
– А те два трупа в квартире?
– Это из тех, кто пострадал от пожара, так сказать. Одна компания.
– А на помощь ты кого звал?
Я сейчас с ума сойду, какая путаница. Откуда столько всяких секретных агентов? Ну прямо, куда ни плюнь, везде они.
– Очень много, да. Они не всегда сотрудничают между собой, а чаще всего вообще враждуют, но есть одна вещь, которая лежит в основе их работы: нельзя переметнуться или продаться, таких отступников ловят всем миром, так сказать. – Билли-Рей прислушался. – А потому эти организации создали сводную службу, которая выслеживает и обезвреживает всех, кто переметнулся или совершил нечто неблаговидное, – Чистильщиков. И как раз этим людям я верю, но им нужно было время, чтобы до нас добраться. Я сразу написал им, вышел на связь и попросил о помощи. Нам нужно было просто здесь отсидеться, но видишь, как обернулось, немного не успели. Но я запер бункер и всех, кто здесь. Эта дама знает о бункере, но понятия не имеет о тех усовершенствованиях, которые я здесь произвел.
– А что там сейчас делается? Камеры есть, чтоб посмотреть?
– Есть, но включать не будем, нам нужно беречь генераторы. Я не ожидал, что она двинет прямо сюда, это моя ошибка. Но где-то предполагал, сигнал о помощи послал сразу, так что помощь уже в пути, не бойся. Думаю, они пытаются открыть наружную дверь, но дело в том, что открыть ее теперь можно только снаружи, при помощи специального кода, а в эту стучат, слышишь? Только эту дверь даже взрывать бесполезно. Код я выслал тем, кого мы здесь ждем. Мы с тобой выманили всех крыс, послужив сыром в мышеловке. Теперь, когда эти ребята под замком, остальных взять – вопрос времени. Я лично жду волны самоубийств и побегов среди представителей силовых структур многих стран. Ну а кто-то просто тихо упадет с крыши. Или утонет на рыбалке. Что с тобой, Паола?
А ничего особенного. Просто из меня, похоже, вытекла уже вся кровь.
Я уже говорила, что не люблю просыпаться в незнакомых местах? Да говорила, не могла не сказать, потому что категорически не люблю. У меня дома уютная кровать с подушками и запах тоже привычный, а в больнице запах противный и тревожный. А если учесть, что у меня зверски что-то болит в боку, то и вовсе никакого счастья, и даже вид Букера и Билли-Рея, мирно играющих в шахматы около моей кровати, меня не радует. Хотя Букер очень симпатичный чувак.
– Проснулась.
Это Норд, которого я сразу и не заметила. По привычке все сразу разболтал.
– Яна, иди сюда. – Норд выглянул в дверь, зазывая еще кого-то. – Она проснулась.
В палату вошла Фьяметта и заулыбалась, как эльф, увидевший дохлого орка. Ну с ума сойти, как всем весело! Интересно, мои наращенные ресницы не обсыпались? Потому что без них я выгляжу печально.
– Тебя, мать, нужно бы выпороть хорошенько. – Букер сердито смотрит на меня. – В следующий раз если словишь пулю, то сразу говори.
– Я сразу даже не поняла.
И это правда, я даже не то что не поняла, а не осознала. Все-таки мы не понимаем, что значит наша собственная смерть, мы даже представить себе ее не можем. Видимо, в прошивке нас всем вживляют блокирующую программу. То есть теоретически мы в курсе насчет смерти и знаем, что тоже умрем, но как-то отвлеченно, и на себя более предметно это не примеряем, хотя каждый из нас хоть раз в жизни делал рентген и рассматривал свой собственный череп на этом снимке. По крайней мере, я рассматривала – и все равно как-то меня это не особо встревожило. Вот и тогда не встревожило, потому что сразу-то оно и не болело толком – на фоне всех моих синяков, которые как раз болели очень активно.
– Докладываю: пулю извлекли, кишечник починили, ты стала легче почти на двадцать килограммов, лежишь здесь третий день, сейчас канун Крещения, загадываем желания. – Букер морщится: – А у меня дежурство. Но это не страшно, сейчас приедет Жека и привезет нам угощение. А ты, Паола, будешь лежать и тихо облизываться, тебе всего этого нельзя.
– Вы что, прямо здесь все это трескать станете?
– Нет, конечно, это против правил. У меня в кабинете посидим, пока в приемном покое затишье. Ладно, пошли, ребята. Паола, мы по очереди будем сидеть с тобой, не грусти.
Они ушли, оставив меня с Нордом, и я немного разочарована. Норд, конечно, хороший парень, но…
– Паола, есть новости по поводу тех документов, что я изучал. – Норд садится рядом и смотрит на меня с сочувствием. – Ну, ты уже поняла, что Михаил Грабовский – это твой прадедушка, да?
– Не напоминай мне об этом, кошмар какой-то…
