И эта самая голова нашлась довольно быстро. Это был двадцатишестилетний генерал Наполеон Бонапарт, который в результате переворота взял власть в свои руки. Получив огромную контрибуцию из Италии, он выкупил у русского купца знаменитый бриллиант, и лучшие ювелиры Парижа вправили его в лучшую шпагу Европы. На него сразу же лег отсвет славы великого полководца, и при дворе с новой силой возобновились разговоры о его магических свойствах камня. При этом все словно позабыли кровавую историю бриллианта. И только один из прорицателей, знаменитый на весь Париж колдун Фортунатус, предупредил Наполеона о печальном предзнаменовании.
10 августа 1793 года Париж праздновал крушение монархии. Наполеон тоже решил отметить этот исторический день и отправился с приятелем в знаменитый ресторан «Во-Гале» на улице Бонди, где уже вовсю царило веселье. Офицеры едва успели выпить по бокалу шампанского за свержение монархии, как их внимание привлек появившийся в ресторане известный на весь Париж знаменитый гадальщик. И уже очень скоро колдун, одетый в усеянное серебряными звездами длинное черное платье и остроконечную шляпу, предстал перед их столиком. Пристально взглянув на сидевших перед ним молодых людей, колдун взял одного из них по имени Ласказ за руку.
— Тебя ждет хорошее будущее, — произнес он таким глухим голосом, что тот вздрогнул. — Ты будешь иметь многое из того, что ты хочешь иметь, но, — улыбнулся он, — мечты твои далеко не простираются, в отличие, — перевел он взгляд своих глубоко посаженных темных глаз на Буонапарте, — от твоего товарища, который…
Неожиданно для всех сохранявший совершенное спокойствие Наполеон резко оборвал гадальщика.
— Замолчи, старик! — властно произнес он. — Я не нуждаюсь в твоих глупых пророчествах и сам знаю свое будущее!
И случилось странное. Державший в страхе всю округу Фортунатас, даже не подумав спорить, покорно замолк.
— Да, — после небольшой паузы продолжал он, — ты все знаешь сам, но, — понизил он голос, — помни: земная слава подобна дыму, и рано или поздно она рассеется, и тот день, когда ты украсишь эфес своей шпаги драгоценным камнем, будет началом твоего конца…
— Хорошо, — холодно кивнул Наполеон, — я запомню…
К удивлению всех присутствующих, колдун поклонился и, не обращая внимания на многочисленные призывы с соседних столов, быстро двинулся к выходу. И сидевшие за ближними столиками люди могли слышать, как он повторял одни те же слова:
— Великий и несчастный, великий и несчастный…
Наполеон не был суеверным. Тем более что другие астрологи предсказывали победу французского оружия. Ведь победоносные армии вела в бой шпага, украшенная лучезарным и прославленным на весь мир алмазом. Наполеон не мешал разговорам о магических свойствах камней и вещей, поскольку они способствовали росту его славы, помогали развитию ювелирного дела и пополняли казну.
Несмотря на зловещее предсказание Фортунатоса, лучи «Регента» освещали победы при Аустерлице, Маренго и Фридланде. Однако непрерывные войны требовали огромных затрат, и уже очень скоро Наполеону пришлось заложить свой талисман. Но все было напрасно. Груды золота, которые он получил под залог, уже не смогли выправить положение, и после отречения императора и реставрации Бурбонов камень возвратился в королевскую сокровищницу.
С той поры никто уже не осмеливался продавать его, поскольку его хранила уже не только историческая и художественная ценность, но и налет мистики, связанной с именем Наполеона. И лишь однажды камень сняли с его бархатного ложа. Это произошло в 1940 году, во время нашествия немцев. Исторический алмаз замуровали в каминную полку замка Шабор, и только после войны он снова занял свое законное место в Лувре, где хранится и по сей день со всеми своими тайнами и секретами…
Не много найдется в мире творений рук человеческих, которые могут по своему совершенству сравниться со стамбульским собором-музеем Святой Софии, который нередко называют «центром мира».
Святую Софию построил в 532–537 гг. византийский император Юстиниан I, который пожелал таким образом не только увековечить себя в истории, но и затмить этим собором все созданное до него. Он решил соорудить его там, где во времена правления Константина Великого, имя которого носил город на берегах Босфора, стояла небольшая базилика. О том, какой должна быть церковь, императору во сне рассказал ангел.
Ну а когда между императором и архитекторами возник спор о том, сколько окон должно быть под куполом, ангел «рекомендовал» три в честь святой Троицы.
