— Вот так, — удовлетворенно прошептал молодой человек, сжимая в его в руке, — спасибо, Инес.
Жан выстрелил в воздух, и шипение невиданного оружия подняло на дыбы стоявших в отдалении коней. Карлики попадали наземь, закрыв уши руками.
— Любезнейший, — негромко произнес Жан, направив дуло излучателя на трактирщика, — что будем делать? Это оружие с легкостью оторвет тебе ногу или руку. Как считаешь, без ноги удобно обслуживать клиентов?
В подтверждение этих слов Жан выстрелил в ствол недалеко растущего дерева, которое с сухим треском разлетелось в щепы.
— Прости, — бросился на колени и взмолился трактирщик, — прости, погорячились, отпусти нас.
— Ну что ж, обратно придется идти пешком, коней я прихвачу с собой, плата за моральный ущерб.
Трактирщик возмутился:
— Как ты можешь отбирать тебе не принадлежащее, отче? Не по-христиански…
— А грабить священнослужителя по-христиански?
Трактирщик опустил голову. Затем с показавшимся компаньоном они подхватили бесчувственное тело и, поддерживая с двух сторон, тоскливо поволокли его в сторону дома.
— Да, не завидую я вам, — вдогонку унылой компании проговорил Жан.
Физиономия трактирщика скривилась, будто он чем-то подавился.
— Мы с тобой еще встретимся, щенок!
— А ты говорила, что в городе нет свободных коней, — укоризненно сказал он Инес, хватая животных под уздцы, — собирайтесь, нужно уезжать отсюда.
— Нам повезло, что хозяин таверны оказался скрягой, — выпалила Инес.
— Почему ты так считаешь?
— Он взял с собой только двух компаньонов.
— Справились бы, — пробурчал себе под нос Жан, ругая себя за невнимательность и непростительную для агента Ворона халатность.
Прибыль, свалившаяся на циркачей в виде трех довольно сносных коней, основательно воодушевила всех.
Из всей честной компании был недоволен только осел.
Ему, маленькому, тяжело было тягаться с длинноногими поджарыми скакунами.
Самый крупный, серый в яблоках по праву достался Жану. На двух оставшихся по двое разместились карлики, а Пипино, потирая горло, по привычке уселся на тележку.
Ехали всю ночь. Уставшие и запыленные, они, наконец, добрались до крепостной стены. Величественный замок раскинулся в живописнейшем месте: на холме, поросшем травой с вкраплением красных цветов, и мелким, словно декоративным, кустарником. Холм голубым шелковым шарфом огибала бурная река.
— Здешний феодал неплохо устроился, — пробормотал Жан.
— Да, — вторя ему, произнес один из карликов, — природа тут благоволит человеку.
— Редко встретишь сытых и счастливых жителей, похоже, здесь именно так.
Рассуждая, они добрались до замковых ворот. Два льва, передними лапами держащие щит с перекрещенными мечами, во всем своем величии красовались на замковых воротах, которые были закрыты из-за раннего утра.
— Что делают здесь в таком случае? — показывая на закрытые ворота, спросил Жан у друзей.
— Стучат, — был ответ, сопровождавшийся действием.
От звона молотка по металлической дощечке, казалось, вздрогнула вся округа.
— Ну, кого черт принес в такую рань, — в смотровом окошке нарисовалась физиономия разбуженного стражника.
— Открывай, друг, мы циркачи, приехали на свадьбу герцога Аугусто де Фабре с дамой его сердца Алисией.
— Шляются тут всякие, а потом ложки пропадают, — опять проворчал стражник, не думая открывать.
Жан подумал, что мелкая монета сломит упрямство разбуженного, позвенел ими в ладонях. В окно за мелочевкой протянулась рука, но ворота так и не открылись.
Инес пожала плечами и в замешательстве посмотрела на парня.
— Таак, — протянул он и что есть силы заколотил в дощечку.
Взбешенный бесчинством каких-то циркачей стражник выскочил из калитки, потрясая ржавым мечом. Его короткие рыжие волосы торчали дыбом, а усы щетинились от возмущения.
— Вот я вам!
Ногой выбив меч из руки не ожидавшего такого поворота стражника, Жан схватил опешившего за грудки и толкнул резким движением. Вояка грузно, всем телом плюхнулся на землю.
— То-то же, — довольно хмыкнул Жан, — следующий раз будешь полюбезней с гостями.
Потирая ушибленные части тела, стражник понуро побрел открывать ворота.
— Входите, — пробурчал он, а потом громче добавил: — да побыстрее.
Не заставляя просить себя дважды, карлики вошли в ворота, следом за ними, придерживая под уздцы лошадей, зашел Жан.
Его удивила чистая брусчатая мостовая, вдоль которой тянулись дома местных жителей, выполняющих в замке разные обязанности. У ворот располагался огромный колодец под резной крышей, с дорогим, по мнению Жана, подъемным оборудованием. Для жаждущих вкусить чистой колодезной воды там же, под крышей, находилась стойка с глиняными мисками.
— Не хило, — все больше поражался открывающейся действительности Жан, — просто рай какой-то! — и вполголоса проговорил: — в нашем мире уже давно такого нет, разве что на выставках аутентичных вещичек.
На этот раз улыбнулась Инес, поправляя цветастый платок на плечах:
— Эту долину называют райской. Она действительно чудесно расположена, — карлица перевела взгляд на свои коричневые башмачки, покрытые дорожной пылью, — ты здесь впервые! Теперь будешь знать.
