Молодой человѣкъ, это не годится! Если бы вы сдѣлали признанія, эти мѣры были бы излишними, но такимъ образомъ…
Ты явишься ко мнѣ съ рапортомъ, продолжалъ онъ обращаясь къ жандармскому унтеръ- офицеру. Объ остальномъ распоряжусь самъ.
Молодой человѣкъ, сегодня же будете имѣть извѣстіе о вашей женѣ. И такъ прощайте, надѣюсь, что вы одумаетесь, и сдѣлаете полное признаніе.
Достоевскій поклонился и вышелъ въ сопровожденіи жандармскаго унтеръ-офицера.
Орловъ вернулъ жандарма и сказалъ ему:
Запечатать всѣ бумаги, какія найдутся и принести ихъ ко мнѣ.
Это, ваше сіятельство, ужь сдѣлано, замѣтилъ жандармъ. Бумаги въ канцеляріи вашего сіятельства.
Хорошо, сказалъ Орловъ. Молодой человѣкъ, можете быть спокойны насчетъ судьбы вашей супруги. Постойте минутку, — а ты позови жандарма, который принесъ бумаги.
Ваше сіятельство, онъ отправился…
Орловъ нахмурилъ брови и тѣмъ далъ понять жандарму, что онъ чуть не проболтался.
Хорошо, исполни мои распоряженія. До свиданія, господинъ Достоевскій. Будемъ надѣяться, что когда вы снова сюда явитесь, или предстанете передъ судомъ, вы примите другое рѣшеніе и сдѣлаете полное признаніе.
Достоевскій молча вышелъ, а князь смотря ему вслѣдъ прошепталъ сквозь зубы:
Кажется, порядочный упрямецъ; не бѣда и не такихъ еще укрощали.
Въ дежурной комнатѣ Достоевскаго заковали въ цѣпи и во избѣжаніе огласки, чего болѣе всего боится тайная полиція, повезли въ закрытой каретѣ въ крѣпость.
Вотъ онъ очутился въ тѣсной камерѣ, отдѣленной надолго отъ прочаго міра, можетъ даже на вѣки! Его мысли переносились то на жену, съ которой онъ провелъ столько счастливыхъ дней, на другихъ несчастныхъ! Жена его такъ безумно любила! это любовь дѣлала его счастье и несчастье. Она была страшна ревнива и нерѣдко мучила его своей слѣпой ревностью.
Вдругъ онъ услышалъ три равномѣрныхъ удара въ стѣнку изъ сосѣдней комнатки. Потомъ послѣдовалъ цѣлый рядъ ударовъ, то съ большими, то съ меньшими промежутками.
Очевидно это былъ секретный способъ переговариваться, но Достоевскій незнавшій этихъ сигналовъ, не могъ ни понять, ни отвѣчать на нихъ. Солнце склонялось къ горизонту, освѣщая казематъ своими послѣдними огненно-красными лучами. Тюремщикъ точно забывшій о своемъ новомъ нахлѣбникѣ, который со вчерашняго вечера ничего не ѣлъ, отворилъ дверное окошечко и подалъ ему миску холодныхъ щей, фунтъ хлѣба и кружку воды.
Проникнувшій лучъ солнца скоро исчезъ и все снова погрузилось во мракъ.
Кто разъ бывалъ въ Петербургѣ, тотъ не можетъ не знать Большой Милліонной, которая тянется отъ Зимняго Дворца минуя много другихъ дворцовъ до Марсова поля. Противъ Преображенскихъ казармъ, расположеныхъ рядомъ съ Зимнемъ Дворцомъ, находился большой роскошный четырехъ этажный домъ подъ зеленой крышей. На четвертомъ этажѣ жила вдова генерала Юрковскаго. Ея исторія не безъинтересна.
Генералъ Юрковскій [18], находясь въ Польшѣ въ гарнизонѣ, увидѣлъ одну красавицу, плѣнился ея чудными глазами, и женился, совсѣмъ позабывъ, что въ его имѣніи въ Россіи, осталась его законная жена съ полудюжиной дочерей. Русская супруга не пожелала раздѣлить своего мужа съ полькой и ему пришлось растаться со второй женой.
Если бы Юрковскій не былъ маіоромъ, да еще гусарскимъ, то его навѣрно постигло бы незавидная участь, или охотиться за соболями въ Сибири, или пришлось бы въ теченіи нѣсколькихъ лѣтъ размышлять въ какомъ нибудь монастырѣ о неудобствѣ двоеженства. Но такъ какъ онъ былъ гусарскимъ маіоромъ, то на его поступокъ посмотрѣли, какъ на лихую гусарскую выходку. Его первая жена продолжала жить въ Саратовскомъ имѣніи а онъ оказался избавленнымъ отъ второй жены, которая успѣла таки ему принадоѣсть.
Вдова генеральша, номеръ второй, вела въ Петербургѣ загадочную жизнь, что часто бываетъ въ столицахъ. Недостатокъ своего бюджета она съ избыткомъ пополняла изъ источника, который въ Россіи течетъ очень обильно: она занималась шпіонствомъ.
Кто тамъ? спросила генеральша, вошедшую горничную.
Ваше превосходительство! это… она шепнула нѣсколько словъ на ухо генеральшѣ.
Пожалуйте! любезно пригласила она гостью, а про себя думала, «чортъ бы тебя побралъ!»
Эта была графиня Бобринская пріѣхавшая провѣдать своей подругой генеральшу Юрковскую.
Графиня была встрѣчена учтивыми реверансами и отвѣчала тѣмъ же. Она хорошо знала, что часто поклонъ дороже денегъ.
Ваше превосходительство, начала графиня, послѣ нѣсколькихъ незначительныхъ фразъ, значитъ, нѣтъ никакихъ извѣстій изъ Англіи!!!
Генеральша поморщилась и отвѣчала, дѣлая удареніе на каждомъ словѣ:
Ага, значитъ вы ждете извѣстій изъ Англіи?
Развѣ, голубчикъ, Анонціата, вы этого не знаете?
Да, да, я совсѣмъ и забыла! Но вѣдь приставъ Выборгской части возвратился.
Я знаю, что онъ вернулся, что-жъ изъ этого?
Ну, Андерсонъ…
Андерсонъ, кожевникъ, да, такъ что же?
Онъ за одно со своими соотечественниками и служитъ имъ…
Но въ тоже время онъ служитъ и намъ. Это ловкій малый! Онъ хочетъ нажить деньги и наживаетъ!
Такъ чтожъ изъ этого?…
Графиня, я открыла тайну!!
Ага? тайну? повторила графиня точно эхо.
Да, у государя есть сынъ.
Графиня вздрогнула.
