Мать тащила мальчика вниз, в подвал. Чтобы наказать. Пусть посидит в темном месте и подумает о том, что натворил. Как будто предыдущие двадцать минут он только об этом и не думал!..
Мальчик слыхал, что другие родители лупят детей. Робби из их класса как-то раз рассказывал, что отец снял с него штаны и отвесил сотню ударов ремнем!
Но папа с мамой никогда детей не били. Бить неправильно. Наказание должно воспитывать.
Мама всегда говорит: сиди и думай, что ты сделал не так.
В подвале есть чуланчик для метел. Темное место посреди темного места. Святая святых тьмы.
"Мама, пожалуйста! Пожалуйста! Прости! Я уже подумал, мамочка! Я все понял! Я никогда больше не буду! Я извинюсь перед миссис Палмер! Я никогда, никогда, никогда больше не буду! Прости!"
Она втолкнула его в чулан и захлопнула дверь, а затем заперла на задвижку. Ее шаги стихли, хлопнула дверь подвала наверху. В тесном чулане пахло стиральным порошком, пылью, паутиной и кошмарами.
Мальчик рыдал, бился всем телом в дверь, вопил отчаянно и надрывно: "Прости, прости, прости!"
Никто не отвечал ему. Вокруг стояла тьма — такая непроглядная тьма, словно он ослеп.
Ему часто приходилось думать о своем поведении. Но пахло здесь всегда одинаково. И всегда вокруг смыкалась тьма, а из тьмы подступал ужас.
Зачем миссис Палмер позвонила маме? Можно было просто задернуть шторы. А если ей не нравится, что он за ней подглядывает, — просто поговорить с ним. Он бы ее послушался. Зачем жаловаться? Это из-за нее он оказался здесь! Она во всем виновата!
Во тьме ему оставалось только слушать. Шаги матери наверху. Звон телефона. Радио откуда-то издалека — треск помех и обрывки музыки.
Третья суперспособность — острый слух.
А сейчас ему потребуются все суперспособности, какие только есть.
Потому что из тьмы приходят чудовища.
Зои чертовски устала. После того как Тейтум вчера ни с того ни с сего полез в бутылку, она поужинала одна и долго пыталась уснуть, однако сон не приходил. Бентли все вспоминала их разговор, пыталась понять, отчего же Тейтум так разозлился. В конце концов пришла к выводу, что он просто идиот, как и все мужчины федеральные агенты, да, пожалуй, и мужчины вообще. Наконец ей удалось уснуть, но еще до рассвета Зои подскочила: приснился кошмар про Андреа. По счастью, через дорогу от мотеля стоял "Старбакс", и к тому времени, как позвонил Тейтум и сухо сообщил, что едет в участок и может ее подвезти, она успела выпить "гранд американо".
Поездка в отделение полиции была короткой и напряженной. Тейтум всю дорогу молчал с каменным лицом. Несколько раз Зои пыталась заговорить о том, какой стратегии им придерживаться в отношениях с полицией Сан-Анджело. Он отвечал так сухо и неласково, что она в конце концов умолкла и решила в дальнейшем передвигаться по городу на такси. А если шеф Манкузо пожалуется на дополнительные расходы, Зои ей скажет: "Попробуй-ка сама поездить с агентом Греем!"
На входе в отделение их перехватил лейтенант Дженсен — в новом с иголочки костюме, сияющих ботинках, с прической волосок к волоску.
— Рад вас видеть, агенты! Вы очень вовремя, у нас как раз начинается совещание оперативной группы.
— Что за оперативная группа? — почти рявкнул Тейтум.
— Шеф приказал сформировать оперативную группу для расследования убийства Медина, — объяснил Дженсен. — Надеюсь, вы присоединитесь и выскажете свое мнение о том, как лучше вести расследование.
— Разумеется, — сухо ответил Тейтум. — Выскажем.
— Сюда, пожалуйста, агенты, — пригласил их Дженсен.
— Я не агент, — поправила Зои. — Я — консультант ФБР.
— А? — без всякого интереса откликнулся Дженсен.
Шагал он быстро, но из-за коротких ножек угнаться за ним было несложно. Тейтум топал позади, всем своим видом излучая недовольство.
— Я — гражданский консуль…
— Нам сюда. — Дженсен открыл дверь в просторную комнату, бо́льшую часть которой занимал большой прямоугольный белый стол и два ряда стульев. На дальней стене — белая доска, на которой кто-то написал маркером: "Николь Медина, 2 сентября".
За столом уже сидели трое. Справа — детектив Фостер, рядом с ним — женщина с рыжими волосами, собранными в хвост. С другой стороны — лысый здоровяк. Его густые мохнатые брови сливались в единую монобровь, по форме напоминавшую летящую птицу; когда лысый приподнял левую половину моноброви в сторону Зои, ей показалось, что птица махнула крылом.
Дженсен прикрыл дверь и хлопнул в ладоши.
— Итак, — объявил он, — теперь, когда все в сборе, можем начинать. Для начала давайте познакомимся. С детективом Фостером вы уже встречались. Это детектив Кэрол Лайонс…
Женщина кивнула Зои и Тейтуму.
— Агента Шелтона вы, наверное, знаете. — Дженсен указал на лысого с монобровью, очевидно, полагая, что все агенты ФБР должны быть друг с другом знакомы.
— Нет, мы не встречались, — ответил лысый. — Брайан Шелтон, отделение ФБР в Сан-Антонио.
