У малинового борта «Верной защиты» пришлось проболтаться довольно долго. С палубы доносились команды, скрип блоков. Наконец, гребцов позвали наверх, где у раскрытого люка стоял мистер Ричардсон. Рядом с ним суетился рыжий господин с длинным носом и сросшимися лохматыми бровями. На Ивана и Тима взглянул быстро, но внимательно. Чуть заметно кивнул. В трюме, наполненном бочками, часть из них небрежно прикрыта парусиной, возились матросы. На палубе уже стоял массивный сундук, окованной медными полосами.
— Большое спасибо, мистер Миллар! Рад, что доставили мою посылку в полной сохранности. Ваша деловая точность и шотландская хватка вызывают восхищение. Не сомневаюсь, что свой важный груз вы благополучно доставите в Бомбей и обрадуете губернатора и всех наших английских друзей! Вы, двое, осторожнее спускайте сундук в шлюпку!
— К вашим услугам, сэр! Всегда готов выполнить поручение такой солидной фирмы как ваша! — рыжий дождался, когда Иван и Тим закончат работу, и добавил. — Вижу, вы умеете выбирать надежных работников, сэр. Они не хуже моих шотландских парней.
— Вы совершенно правы, мистер Миллар. В чужих краях для важного дела можно привлекать только земляков. Я стараюсь не обращаться ко всяким чернокожим и цветным. Предпочитаю настоящих британцев. Лебедей с Темзы!
Рыжий еще раз взглянул на Ивана с Тимом. На этот раз улыбнулся и приветливо помахал рукой.
Когда возвращались на причал, мистер Ричардсон произнес:
— Когда потребуется, поможете этому шотландцу. Сейчас на берегу пропивайте мою плату в разных кабаках. Всем рассказывайте, что видели на судне. Не забудьте сказать, что видели бочки. Много бочек.
— Так точно, сэр! Слушаюсь, сэр!
— А еще — на «Сером гусе» все приказы капитана исполнять беспрекословно! Что бы он не выдумал.
Однако ни Ивану, ни Тиму не пришлось долго сидеть в веселой компании. Их нашли рассыльные и сообщили, что капитан Хинсток срочно требует обоих. Оказалось, что неугомонный старик решил зачем-то менять рей на фок-мачте. Требовалось немедленно заказать необходимые материалы в порту и договориться с плотниками, которые начнут работу на следующее утро. Сам капитан уже метался по причалу и громко ругался с поставщиками продовольствия.
Конечно устраивать такое на судне, которое содержалось в полном порядке и уже имело запасы для дальнего плавания, мог только большой чудак или просто больной. И неудивительно, что такое поведение капитана вновь привлекло внимание всего портового люда.
Однако когда стемнело, капитан «Серого гуся» приказал без лишнего шума отдать швартовые и поднять паруса. Никем не замеченное судно тихо выскользнуло из гавани.
Плавание в Индийском океане не запомнилось чем-то замечательным. Днем светило солнце, ночью луна и звезды. Все также катились волны и дули ветра. Но Ивана, занимало другое — странный курс судна. Капитан постоянно уклонялся то в одну, то в другую сторону, словно что-то искал в океанских просторах. Когда же показался берег Мадагаскара, то вообще начал кружить на одном месте. В Индию он явно не спешил.
Берег острова отлично просматривался в подзорную трубу. Песчаные отмели тянулись почти по прямой, а за ними сплошной стеной вставали деревья. Милях в десяти за ними круто поднимались лесистые холмы, по склонам которых извивались белые ленты водопадов. А еще дальше вставала другая стена гор, чьи зубчатые гребни терялись в голубой дымке облаков. Целых два дня «Серый гусь» осторожно лавировал вдоль берега, а на ночь уходил в океан, подальше от опасных прибрежных мелей.
Все это время капитан то и дело внимательно рассматривал карту, что-то вымерял на ней и ворчал:
— Соблазнился в Лондоне этой дешевкой, пожалел денег на настоящую голландскую карту. Еще хорошо, что кое-что помню по прошлому плаванию. Не забыл, что вдоль восточного берега идут два течения. Одно на север, другое на юг. А коралловые рифы тянутся в два-три ряда. За ними лежат лагуны, где можно передвигаться только на пироге или небольшой шлюпке. При сильном ветре нам к этому берегу лучше и не подходить.
Иван взглянул на лист плотной желтоватой бумаги, разложенный на капитанском столе. Посредине его изображен остров святого Лаврентия, как в старину называли Мадагаскар. Его очертания напоминали гриб на толстой кривой ножке со съехавшей набекрень маленькой шляпкой. Вдоль берегов рассыпаны редкие названия селений и мысов, указаны глубины. Но пустых мест мало, разве что во внутренних районах острова. На полях и на самой карте множество кратких пометок и цифр, сделанных пером. Видимо, когда-то капитан довольно часто работал с этой картой, и теперь хранит ее так же бережно, как мистер Ричардсон хранит свою.
— Какой большой остров, — заметил Иван. — Что там за горами?
— Живут мелкие племена, разводят скот, занимаются земледелием. Единой власти не имеют, золота или чего-то ценного не добывают. В свое время два наших купца — Хеммонд и Бутби — побывали на Мадагаскаре и поспешили назвать его «земным раем». Их рассказы переполошили весь Лондон. Хе-хе-хе!
— Красивое название.
