Высадка десанта на дикую планету принесла не предсказуемые результаты и, чудом оставшись в живых Рон Даррен попадает в плен. Суровые и подлые удары сыпятся на бывшего десантника с разных сторон, но некий баланс и вознаграждает его за пережитое, открывая двери в удивительный мир необычных возможностей.
Высадка на Сарию обещала быть лёгкой прогулкой, но эта «прогулка» ещё долго будет отзываться кошмарами в снах тех, кому выпала доля остаться в живых.
Рон Даррен как раз был из таких, и сейчас, проснувшись на подстилке из соломы, он отчаянно пытался успокоить бешено стучащее сердце, повторяя в ещё не до конца проснувшемся сознании, что всё уже позади. Вот только ужас не спешил выпускать из своих липких объятий его сознание.
— Проклятье…- выругался он, поскольку перед глазами по-прежнему вставала картина, как само пространство перетирает в пыль боевые корабли флота. Именно страх заставил его выпрыгнуть из входящего в атмосферу планеты десантного челнока за мгновение до того, как неведомая сила смяла его в шар, который тут же взорвался от не выдержавших такой трансформации боевых ракет.
Всё окружающее его пространство полыхало взрывами, словно праздничный салют, сопровождающий его свободное падении.
Если бы не автоматика индивидуальной системы спасения, то он бы просто расшибся от удара о поверхность планеты, а так купол парашюта опустил его безвольной куклой в каком-то лесном массиве.
Несколько часов он просто пролежал на лесной подстилке, наблюдая, как лесные труженики-муравьи тянут к своему дому всевозможный лут- щепочки, веточки, разных личинок и гусениц. Им не было дела до судеб параллельно существующего мира. Они жили своей реальностью тысячи минувших лет и будут продолжать жить до тех пор, пока дающая жизнь этой планете звезда, будет излучать достаточное количество тепла.
Пока одна часть сознания сосредоточенно изучала жизнь мира насекомых, другая просматривала его собственную жизнь.
В армию он попал не по своей воле. Он вообще только закончил школу, и у них был выпускной вечер, который они двумя параллельными классами отмечали на арендованном кораблике-теплоходе. Ночь, танцы, песни под гитару, романтические надежды и пронесённое в вёдрах с цветами спиртное. Если его разливать на всех, то выходил чисто символический объём, но ведь суть была не в том, чтоб выпить, а в том, чтоб обойти запреты следящих за ними учителей, ведь они ощущали себя уже взрослыми. А потом сознание погасло, и в себя Рон пришёл уже тюремном отсеке звездолёта.
Мальчики и девочки-одноклассники, теперь лежали вперемешку и без присмотра учителей, только и радости от такой близости не было никакой. Время в этом отсеке как будто замерло. Кормить их не кормили, истерики и слёзы тоже долго не продлились, и в один прекрасный момент к ним зашёл одетый в военную форму человек и поздравил с тем, что теперь они в армии, а для нежелающих служить есть две дороги.
Первый путь был самый короткий и выглядел как маленькая камнедробилка, а второй путь чуть длиннее и более романтичный — шагнуть в открытый шлюз корабля и стать частицей необъятного космоса в виде «искусственного спутника» или космического мусора.
Их раскидали по разным частям и службам, но служить на совесть Рон даже не пытался. Он выполнял только минимальные требования, чтоб не огребать лишних взысканий, благодаря чему и попал в первую волну высадки.
Их называли мясом, а они тешили себя мечтами об обретении свободы, ведь никому неинтересно умирать, особенно за чужие идеи и чуждые интересы.
Вымотанная впечатлениями психика быстро отключила его сознание, а когда он проснулся, то был уже обезоружен и связан. Рядом горел костёр, у которого дремал стальной волк, и о чём-то мечтала молодая крепкая девица, одетая в кожаный доспех. Над костром грелся походный котелок, содержимое которого периодически приходилось помешивать.
— Эр, одуванчик проснулся.- низким голосом проговорил волк.
— Да и хрен на него.- буркнула в ответ девица.
— Просто, если он обделается, мне будет очень неприятно.- волк сморщил свой нос.
— С неба упал и не обделался, а тут с чего?
— Ну… Может его сознание не готово к встрече с таким брутальным мной?
— Если только так.- ответила девица.
— Интересно, он нас понимает или с ним придётся говорить языком жестов? — поинтересовался волк.
— А что ему понимать? Удавку на шею и к седлу. Тут любой идиот догадается, что нужно ногами шевелить.
— Интересно, его кто-нибудь купит? — поинтересовался волк.
— Хотелось бы. Раз Пространство его пощадило, значит он не конченное дерьмо.
— Для конченного дерьма он слишком юн. По-моему, он бриться-то начал совсем недавно.
— Откуда мы знаем, может их специально где-то выращивают?
— Тогда бы Пространство его раздавило.- сделал умозаключение волк.
— Тоже верно. — ответила девушка.
— Э! Фи-у! — свистнул волк.- Одуванчик, Ты меня понимаешь? — поинтересовался зверь.
— Я такой же одуванчик, как ты дворняга.- огрызнулся Рон.
— Не, ты посмотри на него! — возмутился волк.- Он благородного горста сравнил с дворнягой! Можно я ему ноги откушу? — горст с надеждой посмотрел на хозяйку.
— Его тогда никто не купит.- заметила девица.
— Ну, хотя бы одну? — попытался настоять на своём зверь.
— Он не хотел тебя обидеть, просто сказал, что ему сравнение с одуванчиком претит.
— Он сейчас пленный, так что стерпит.- проговорил горст.
