— Сейчас запрошу компьютер, смогу ли я вам что-нибудь предложить, — проворно отозвалась девушка, легко пробегая тонкими пальцами по клавиатуре. Эстевес нетерпеливо ждал, рассеянно поглядывая по сторонам. Думал ли он когда-нибудь, что ему придется бежать из этой страны, опасаясь появления в своем доме полицейских, пришедших с ордером на его арест? А может быть, все еще образуется и он напрасно суетится? Но нет, какое-то звериное чутье, никогда его не подводившее, говорило ему, что опасность уже слишком велика, а потому пренебрежение ею уже граничило с безрассудством.
— Да, сеньор, — радостно сказала служащая, — вам повезло. На сегодняшний, семичасовой рейс осталось как раз два билета первого класса.
— Благодарю вас, сеньорита, — облегченно вздохнул Эстевес, доставая кредитную карточку. — Я беру их.
— Ваше имя?
— Самуэль Эстевес.
— А кто летит с вами?
— Моя дочь — Алехандра Эстевес.
Получив билеты, Эстевес устремился к ближайшим телефонам-автоматам и дрожащими от нетерпения руками набрал свой домашний номер. К телефону подошла Бенита.
— Алехандра дома?
— Нет, сеньор, она ушла сразу после вашего отъезда и до сих пор еще не возвращалась.
"Проклятая девчонка, — раздраженно подумал он про себя, — где она пропадает. Неужели опять поехала к своему дружку?"
— Хорошо, а где Пача?
— Пача дома, — откликнулась Бенита, — минуту, сеньор, я ее сейчас позову.
— Алло, дядя? — раздался в телефонной трубке тонкий голосок Пачи.
— Слушай меня внимательно, Пачита. Мне необходимо, чтобы к моему возвращению ты нашла Алехандру, где бы она сейчас ни находилась. Передай ей, что мы сегодня же вылетаем в Европу…
— Сегодня?.. — изумилась Пача.
— Да, да, сегодня, глупая девчонка. Слушай меня внимательно и не перебивай, у меня очень мало времени. Скажи Бените, пусть срочно соберет два чемодана — для меня и Алехандры. Да, только не вздумай говорить Алехандре, зачем я ее разыскиваю! Ты все поняла?
— Да, дядя.
— Ну, действуй, и чтобы к моему возвращению Алехандра уже была дома.
Как только Эстевес положил трубку, Пача тут же набрала номер квартиры Марии Алехандры, к которой, как она знала, поехали ее сестра и Фернандо. Трубку сняла сама Алехандра, потому что ее мать и Себастьян, оставив ее и Фернандо сидеть с Даниэлем, немедленно поехали в полицейский участок разыскивать Дельфину.
— Привет, сестричка, — торопливо заговорила Пача, косясь на Бениту, — тебя разыскивает твой отец, так что не вздумай появляться дома.
— Который из двух? — насмешливо поинтересовалась Алехандра.
— Я очень рада, что ты еще в состоянии шутить, но, судя по голосу дяди Самуэля, сейчас явно не до шуток. Он хочет сегодня же увезти тебя за границу.
— Что ты! Этого не может быть! — удивленно воскликнула Алехандра. — Как он может думать об отъезде, когда мама находится в полиции?
— Если ты мне не веришь, то я могу позвать к телефону Бениту, которая уже собирает твои вещи. Так что не вздумай появляться дома, а я заявлю, что не смогла тебя найти.
— Нет, Пача, я обязательно приеду, — твердо заявила Алехандра. — Во всем этом надо обязательно разобраться.
— Ну, как знаешь, — не стала спорить Пача, зная упрямство своей сестры. — А я тебя предупредила.
— Ну, наконец-то, — мрачно заявил Камило, стоя возле своей машины и преграждая путь Марин Алехандре и Себастьяну, вышедшим из ее дома. — Долго же мне пришлось вас дожидаться!
— Только не сейчас, ради Бога, Камило, только не сейчас! — страдальчески поморщилась Мария Алехандра, торопясь поскорее увидеть Дельфину.
— А почему же не сейчас? — упрямо возразил Касас, чувствуя подступающее к самому горлу отчаяние. — Сколько я еще могу ждать твоего решения?
— Отойдите с дороги, Касас, — грубо оборвал его Себастьян. — У нас срочное дело…
— "У нас"? — судорожно скривился тот. — Быстро же вы спелись. А я-то думал, что имею полное право ревновать, видя, как ты выходишь из этого дома под руку с моей невестой.
— Умоляю тебя, Камило, — вновь вмешалась в разговор Мария Алехандра. — Я потом тебе все объясню, но сейчас мы торопимся…
— А я, как всегда, не вовремя! Ты беспокоишься о ком угодно, но только не обо мне, зная, что я смогу стерпеть любую твою небрежность и невнимательность. И ты все время уклоняешься от выполнения своего обещания, сначала — ради интересов Даниэля, потом — ради интересов Алехандры, а теперь ради чьих интересов — этого малопочтенного сеньора?
— Уйди с дороги, Касас, или я за себя не отвечаю, — сжимая кулаки проговорил Себастьян.
— А что ты мне можешь сделать, Медина? — Камило уже с трудом сознавал, что говорит, ощущая безнадежную тоску на сердце, от которой неудержимо хотелось расплакаться. — Еще раз ударить, в благодарность за свое досрочное освобождение?
— Ну, перестань, Камило, — почти жалобно попросила его Мария Алехандра, — мы, действительно торопимся. — Она чувствовала себя виноватой перед выглядевшим таким несчастным Камило и торопилась поскорее прервать эту сцену.
Он безнадежно вздохнул и отступил в сторону.
— Ну что ж, иди и можешь быть уверена, что я уже больше никогда не встречусь на твоем пути.
