В объяснениях президента американская печать обнаружила много противоречий, бросающих тень на весьма небескорыстное взаимодействие исполнительной власти и монопольного объединения. Как бы там ни было, явное расположение политической власти к «ИТТ» и усилия «доброжелателей» позволили концерну безболезненно обойти рогатки антитрестовского законодательства. Три обвинения, выдвинутые против компании, повисли в воздухе. Долгая судебная волокита, обросшая многими томами разбирательств, оказалась игрой в правосудие.
Без какого-либо решения судебных инстанций «ИТТ» сохранила за собой право на владение «Хартфорд файер иншуранс» с оборотом в миллиард долларов, отхватила часть компании «Гриннелл» и выгодно перепродала фирму «Аутомэтик кантин». Так закончилась ещё одна скандальная страница из более чем полувековой летописи конгломерата, испещрённой примерами закулисных интриг и махинаций.
В ноябре 1975 года жители бельгийской столицы стали очевидцами шумного процесса по делу Паперманса, президента, генерального директора фирмы «Белл телефон», являющейся филиалом компании «ИТТ». В брюссельском Дворце правосудия было собрано 1500 страниц обвинительных документов, вскрывающих целую систему взяток и подкупов, которая практиковалась компанией для получения прибыльных и гарантированных заказов.
Четыре фирмы в своё время оспаривали многомиллионный подряд на сооружение станции связи со спутниками в Лессиве (Бельгийские Арденны), но лакомый кусочек выхватила из-под носа конкурентов «Белл телефон». И опять-таки не без помощи «надёжных людей» из числа правительственных чиновников, влиятельных лиц из министерства обороны и министерства иностранных дел, щедро одарённых фирмой. Среди даров «Белл телефон», как обнаружилось во время расследований, фигурировали, в частности, радиостанция для яхты стоимостью в 130 тысяч бельгийских франков и телевизионная установка в полмиллиона франков. На процессе Паперманс признал, что подобная практика фирмы находилась в полном соответствии с общепринятыми методами обогащения, на которых покоится благополучие «ИТТ».
Сакраментальное откровение главного ответчика стало блестящим эпиграфом ко всей деятельности промышленного исполина, не брезгующего никакими средствами ради наживы.
Чёрная ночь над Чили опустилась предательски внезапно. Фашиствующие хунтисты залили страну морем крови и страданий, возродили средневековые зверства, надругались над лучшими представителями нации.
Кто же набросил на Чили погребальный саван? Кто плёл тайные сети заговора и методически подтачивал фундамент законной власти, финансовыми посулами и интригами подготавливал переворот?
Врагов демократии, явных и скрытых исполнителей воли реакции и инспираторов заговора против чилийского народа было много и в Чили и за её пределами. ЦРУ и другие учреждения, действующие заодно с руководителями ряда корпораций, относятся к числу наиболее злостных подстрекателей и заговорщиков. Среди последних ведущее место занимает гигантская американская компания «ИТТ». Это её торговая марка значится на ставших достоянием общественности материалах секретной переписки, раскрывающих коварство замыслов монопольного объединения. Это её призывы к решительным действиям против правительства Сальвадора Альенде вызывали сочувствие в высших сферах Белого дома, государственного департамента США, ЦРУ, в стане промышленно-финансовых воротил и жёлтой прессы.
Окопавшись ещё в 1930 году в Чили, американский телефонно-телеграфный оборотень облачился было в национальный костюм. Фирменная вывеска чилийской компании «Чилтелко», 70 процентов которой было собственностью «ИТТ», словно широкополое сомбреро, дополняла местный колорит. Но пришельцев с Севера выдавал их чисто американский акцент.
Янки чувствовали себя в Латинской Америке намного свободней, чем дома. От «Чилтелко» разноцветные змейки коммуникационных линий расползлись по всей стране. За 40 лет своего пребывания в Чили «ИТТ», злоупотребляя гостеприимством, монополизировала почти все средства связи – начиная от производства телефонных аппаратов и кончая изданием телефонных справочников. Четыре дочерние компании «ИТТ» поставили клеймо личной собственности на 95 процентов всех телефонных аппаратов, которые функционировали в Чили.
Учредив собственные расценки за всякого рода услуги, концерн загребал немалые деньги. Если в 60-х годах «ИТТ» вывозила из Чили в среднем 7–8 миллионов долларов прибыли в год, то в 1970-м – уже свыше 17 миллионов долларов. Пущенный в оборот первоначальный капитал возвратился с колоссальным приплодом.
Не меньше преуспели и другие североамериканские компании – «Анаконда» и «Кеннекотт». За 15 лет эксплуатации залежей меди в Чили они нажили свыше семисот миллионов долларов сверхприбылей.
