Прибыв к дому, Коша увидела около подъезда неотложку и машину фараонов. Санитары вынесли носилки с черным целофановым пакетом и, закатив его внутрь машины, собрались уезжать. Марго осторожно вошла во двор. Думая запоздало о том, что не надо было этого делать, а надо было погулять еще, пока они не уехали бы совсем. Но теперь разворачиваться было глупо, и Марго медленно приближалась к Лео, который стоял, покачиваясь с носка на пятку, возле синей скамейки. Лицо его было заклеено куском пластыря.
— Привет! — вяло махнул он рукой.
— Что случилось? — спросила Марго.
— Да вот. Арфистка, — вздохнул Лео растерянно. — Ее, кажется, убили сегодня ночью. Ты ничего не слышала? Нашли с перерезанным горлом… никаких следов взлома, и вообще никаких следов. Кому могла помешать старуха? И… у нее-то и не было ничего, кроме арфы, — Лео недоуменно развел руками. — Все, что она зарабатывала, уходило на оплату аренды и питание. Возможно, что у нее куплено место на каком-нибудь кладбище. И все. Ни детей, ни подруг, насколько я знаю. Наверняка это сделали эмигранты. Недавно тут прохаживался подозрительный черномазый. Они могут грохнуть за пару франков. Для них это дикие деньги.
— Лео! Что ты городишь? — возразила Марго. — Ты же сам сказал, что дверь была закрыта! Неужели ты думаешь, что мадам Гасьон могла пригласить к себе черномазых?
— Да. Глупо, — вздохнул Лео.
Между тем полицейские все еще возились в квартире на первом этаже. Один из них ходил по периметру вокруг розового дома, и Марго показалось, что старое здание ухмыляется. Не было бы удивительно, если бы этот дом вдруг взял и повернулся бы, или подвинулся на несколько метров, чтобы лучше видеть солнышко.
Марго усмехнулась. Нет, нет! Конечно, это только фантазия.
Когда флик направился к лавке, Марго запоздало подумала, что ей-то лучше всего было бы отсутствовать в этот момент, но теперь поздно. Не бежать же на глазах у полицейского?
Бонни и Пупетта залаяли и заняли боевую стойку.
Марго закрыла глаза и взмолилась, чтобы полицмен передумал, а когда открыла, увидела, что из подъезда выносят сломанную арфу. Двое фликов осторожно несли инструмент к задним дверцам полицейской скотовозки.
— Луи! — крикнул один из парней. — Помоги нам! Открой салон.
— Сейчас! — крикнул Луи и побежал к машине.
Загрузив арфу, флики уселись в машину. Машина с урчанием выехала на улицу, один из полицейских выскочил, чтобы закрыть ворота, запрыгнул в скотвозку опять. Машина уехала, и перед розовым четырехэтажным домом воцарилась тишина.
Коша поморщилась, представив, как острый обрывок струны вонзился в старческую дряблую шею мадам Гасион, проткнул артерию и выдрал из нее кусок плоти. Как тугая струя фонтаном брызнула на станину арфы, как Мадам Гасион схватилась руками за горло…
Марго подняла руку и потерла шею.
— Да. Неприятно, — сказал Лео и побледнел.
— Ты тоже подумал, что это арфа убила мадам Гасион? — взглянула Марго на Лео. — Неужели старуха была права, когда говорила, что арфа убьет ее, черт побери? Надо было мне брать у нее уроки. Может быть, все произошло бы иначе.
— Глупости! — нахмурился Лео и ссутулился. — Просто старая доска рассохлась. Это бывает. Если бы ты занималась, струна могла лопнуть и у тебя в руках.
— Послушай! Лео! Но как она могла лопнуть? Ведь с того края, где мадам Гасион сидела за инструментом, расположены тоненькие безопасные струны. Басовая же струна находится так далеко от рабочего места, что никак не могла достать до сонной артерии!
— Откуда ты знаешь, что старуха делала?! Может быть она подтягивала струну? Или арфа упала на нее, когда мадам потащила инструмент на другое место. Честно говоря, я ничего толком не разобрал. Парни из участка предложили мне опознать мадам Гасион и все. Я вошел в квартиру и увидел, что у арфистки перерезано горло, лужа крови и порванная струна. Вот и все. То, что все двери и окна были закрыты, я случайно подслушал из разговора фликов. На самом деле ничего неизвестно! Аурелия конечно скажет, что это дом убил мадам Гасьон. Она ненавидит этот дом и готова взвалить на него все преступления!
— Плохо, — буркнула Марго. — Лучше бы это произошло в каком-нибудь другом месте. Если флики придут еще раз, они непременно захотят посмотреть мои документы.
Лео извлек из кармана привычную фляжку, отвинтил крышку и приложился к латунному горлышку.
— Хочешь? — протянул он фляжку Марго.
— Уж и не знаю. — сказала она и отхлебнула. — А почему Аурелия ненавидит этот дом? В конце концов, она могла бы переехать…
— Нет. Это исключено. Это так же, как уехать от любовника, когда ты влюблена в него настолько, что он помыкает тобой. Ты ненавидишь его, но не можешь от него отказаться. Это точно.
— Аурелия странная, — сказала Марго. — Утром она вошла ко мне и сначала спросила, что мы с тобой делали у меня в комнате, а потом попросила меня научить ее летать. Как тебе это нравится? И еще! Она шантажирует меня разбитой люстрой!
